🎤🐓 Российские чиновники, политики и пропагандисты начали открыто называть войну войной. Обычных граждан за это слово сажают и штрафуют, а все еще избегает его лишь Путин. «Можем объяснить» собрал высказывания о войне от представителей российских элит. 💬 «Россия всегда выигрывала любую войну, если эта война становилась народной. Так было всегда. Мы обязательно выиграем и эту войну», — заявил замглавы президентской администрации Сергей Кириенко на Всероссийском форуме классных руководителей. 💬 «Вашингтон и Брюссель требуют от Зеленского вести войну до последнего украинца. Для них и женщины — всего лишь расходный материал», — писал спикер Госдумы Вячеслав Володин в своем телеграм-канале. 💬 «От того, кто победит в этой войне, и будет зависеть будущее. Россия в войну уже вступила.», — заявлял философ Александр Дугин в своем телеграм-канале и его цитировало РИА Новости. 💬 Недавно очевидное признал и Рамзан Кадыров: «Раньше мы говорили, что мы проводим специальную военную операцию на территории Украины, но уже война идет на нашей территории» 💬 «Не могу не сделать акцент на том, что мы на сегодняшний день воюем не только с Украиной и украинской армией, сколько с коллективным Западом», – сказал министр обороны Сергей Шойгу. 💬 Глава Коми Владимир Уйба: «И в этой освободительной войне победа будет за нами» 💬 «Война тяжелая. На всякие чеченские и так далее даже близко не похожа», — говорил бизнесмен Евгений Пригожин в знаменитом видео, где он вербует заключенных в ЧВК «Вагнер». 💬 «На мой взгляд, за последние два месяца спецоперация на Украине и Донбассе превратилась в войну», — заявил Глава КПРФ Геннадий Зюганов он перед пленарным заседанием в Госдуме. 💬 Ну и, конечно, войну называет войной Владимир Соловьев. «Ощущение, что где-то там идёт война. Белгород обстреливают, а у нас какое-то веселье бесконечное. Это Отечественная война! С начала войны в России за публичное употребление этого слова предусмотрено наказание. Например, плакат «Нет войне» теперь считается дискредитацией российской армии. К концу августа российские суды рассмотрели почти 3500 дел о дискредитации вооруженных сил.