🍀Бежит щенок Федотка мимо колодца и думает: «Дай погляжу, что в нём». Вспрыгнул на сруб, смотрит: далеко внизу — вода, а из неё глядит на Федотку щенок какой-то, сам маленький, а уши длинные.

— Здорово! — кричит ему Федотка.

— … орово! — отозвался щенок из колодца и головой мотнул, а вода как была спокойная, так и не шелохнулась даже.

Удивило это Федотку.

Свесился он пониже, чтобы получше к щенку присмотреться. И тут — то ли подтолкнул его сзади кто, то ли ещё почему, — только шагнул Федотка вперёд и — эх, Федотушка, будь здоров! — полетел в колодец. Три раза перевернулся, пока летел.

Но не разбился. Дыхание только перехватило от страха. Взобрался кое-как на доску в углу, сел. Вода с него ручьями льётся. Уши отвисли.

Смотрит Федотка: с четырёх сторон нависают над ним холодные прозеленевшие доски сруба, внизу — вода ледяная, а вверху далеко-далеко — голубым квадратиком небо.

— Эх, угодил куда, — вздохнул Федотка и стал думать, как же ему из колодца выбраться.

Немного погодя слышит — бадейка сверху спускается. Бабушка Степанида за водой пришла. Обрадовался Федотка. «Ну, — думает, — теперь я спасён».

Подтащил к себе бадейку, сел в неё и поехал наверх. Едет, посмеивается: будет о чём собакам на селе рассказать.

До самого верха доехал Федотка. «Сейчас, — думает, — выпрыгну и побегу сушиться». Но тут глянула бабушка Степанида, а он — сидит.

Так и дрогнуло у бабушки старенькое сердце.

— Водяной! — вскрикнула она и — откуда только сила взялась — побежала прочь от колодца.

А Федотка поехал в бадье вниз и — буль! — искупался ещё раз.

Примостился опять на доске и сидит, рёбрышками подрагивает. Слышит: дед Григорий к колодцу пришёл. Прикрылся ладонями, долго вниз глядел. Прижался Федотка в уголке и дышать даже перестал. И когда поехала бадья вверх, не сел в неё: дед не бабка — испугаться не испугается, а за уши оттреплет.

Слышал Федотка, как сказал дед наверху:

— И придумает же старая: водяной в колодце. Сама ты водяной в юбке.

Перелил воду в ведро и пошёл домой, а Федотка в колодце остался. Сидит, ночи дожидается. Днём далеко видно. Увидят, что сидит он в бадье, испугаются и убегут, а он опять купайся. А день-то ещё только начался, до вечера сколько раз съездить можно. Пожалуй, однажды вниз-то уедешь, а наверх уж и ехать не придётся: доездишься, шею сломаешь.

Вечером по глубоким сумеркам пришла к колодцу тётка Лукерья, и Федотка сел в бадью. Погрузился в тёмную, холодную, жуткую воду. Один нос снаружи оставил, а когда подъехал кверху, и его спрятал.

Смело вытащила тётка Лукерья бадью из колодца. Поставила на сруб, а Федотка тут — будь! — и появился.

— Фу! — фукнул в самое лицо тётки Лукерьи.

Решительная была тётка Лукерья, ничего не боялась. А тут охнула побежала от колодца. А ночь была лунная, и хорошо было видно, как мокрый Федотка удирает в противоположную сторону, только уши всплёскиваются кверху.

После этого недели две ходила бабушка Степанида по селу и говорила всем:

— Водяной у нас в колодце объявился. Умереть мне на этом месте, если вру. Вытащила я бадью, а он — сидит.

И тётка Лукерья, не верившая до этого ни в какую нечистую силу, в водяного уверовала. И тоже ходит по селу и говорит всем:

— Точно, есть в нашем колодце водяной. Я его собственными глазами видела. Вот только поближе не успела разглядеть, какой он из себя. Помню только, что он умеет фыркать и что у него есть уши.🍀
@motivator_live