"БОГАЧКА", "ПОРКА", "УГОВОР", "ПАЦИЕНТ"... Из рассказов священника Виктора Кузнецова. БОГАЧКА Спешу по делам. С боковой дорожки мне навстречу, заметив, что я в подряснике, радостно улыбаясь, сворачивает невысокая худенькая бабушка. И я её поприветствовал, пожелал здравия, предложил: — Может чем-нибудь помочь вам? — Нет, не надо, — отвергла она моё предложение. Заметив заштопанную одежду на ней и потёртую холщёвую сумку в её руке, я попросил её: — Можно я вам помогу? — Чем? — Не откажѝте принять от меня деньги. Протянул ей осторожно купюру. Она испуганно, но вежливо, чтобы не оскорбить меня, отказалась. — Не нужно, спасибо. И более доходчиво пояснила: — Ваше общение со мной, доброта всё уже сделали. Мне больше ничего не надо. Спасибо вам. Простите, если что... — Редкая ныне надобность... — удивился я, тоже попросил её. — И вы меня простите. Поклонился ей и продолжил свой путь. Вспомнил при этом, на ходу хорошую фразу: «Богат не тот, кто много имеет, а тот, кто мало в чём нуждается». «Вне Православия русский человек — дрянь, хуже, чем ничто. Вне Православия русского человека просто не существует». (Ф. М. Достоевский). ПОРКА Василий, хорошо потрудившись, вошёл раньше всех в пустую избу. Дожидаться скорого прихода других домашних и сытного ужина не стал. Им всем отдыхать, а ему ещё предстоит бодрствовать на вечеринке в клубе. Поискав съестное, он нашёл на окне банку молока и на столе буханку ржаного пахучего хлеба. С нетерпением, чуть расплёскивая, на радость подбежавшим котятам, налил в большую кружку молока. Отломил полбуханки хлеба и с наслаждением, сам чуть не подмурлыкивая, вмиг всё проглотил. «Напихавшись», он сладко потянулся. Взглянув на часы, определил, что немного времени есть. Подошёл к широкой лавке у окна. Сладко потянулся вверх, и перед тем как возлечь на лавку, расстегнул ремень брюк. В это время хлопнула дверь сеней. Потом входная. При звуке приближающихся быстрых, твёрдых шагов отца Василий насторожился. И не напрасно. Прохор, отец, чем-то разгневанный, подошёл к нему. Без слов схватил сына за расстёгнутый ремень, одним рывком выдернул его из брюк. Испуганный таким обращением, Василий едва успел подхватить руками штаны. – Ты чего?!.. – пролепетал рослый парнина. – А вот «чего»! – не останавливался в своих действиях Прохор. И, несмотря на то, что доставал сыну только до подмышки, разом повалил его животом на лавку. Перехватив край штанов у сына, задрал их вниз, вместе с частью трусов, оголил ему седалище. – Чего ты?!! – резче вскричал сын, требуя объяснить вначале причину такого обращения с ним. – А вот «чего-о»!!.. – повторил отец прежнее и хлестанул по нежному месту сына ремнём что есть мочи. – За что-о-о?!.. – закричал сын обиженно... ПРОДОЛЖЕНИЕ... 3rm.info/main/74…ova.html