Спустя 57 лет после авиаударов по Айзаулу — первого и последнего случая, когда Индия применила авиацию против своих граждан — боевые самолеты снова нацелились на индийский штат Мизорам. Теперь это самолеты ВВС Мьянмы. Публикация индийской The Print.
«Господь Иисус Христос — верховный глава Мизорама, — провозглашает конституция, подготовленная Национальным фронтом Мизо (MNF) в 1965 году, — Священное Писание будет краеугольным камнем закона». После голода 1958-1959 годов общество Мизо охватили утопические этнонационалистические течения. Индийское государство, утверждали этнические националисты, показало себя ненадежным защитником интересов Мизо. Новое национальное государство было необходимо для защиты мизо от потери их земель и самобытности в пользу равнин Ассама.
Оснащенные и обученные в Восточном Пакистане (ныне Бангладеш), повстанцы MNF захватили Айзаул [столицу Мизорама], чтобы создать национальное государство, которое включало бы все ветви Зо, к которому относились куки, мизо и чины, живущие в Мизораме, Манипуре, Трипуре, Восточном Пакистане и Мьянме.
Не сумев взять штурмом повстанцев, удерживавших Айзаул, индийские войска вызвали поддержку с воздуха. Айзаул загорелся. Позже были нанесены новые удары с воздуха.
Сегодня история грозит повториться, поскольку ВВС Мьянмы нанесли удары по лагерям чинских повстанцев вдоль реки Тауи, которая обозначает границу с Индией.
Мирное соглашение в 1986 году положило конец восстанию в Мизораме, но жестокий конфликт в приграничных районах показывает, что сложная историческая травма, лежавшая в его основе, еще далеко не исчерпана. Возобновившийся приток оружия в регион и растущая волна этнического национализма зо, подпитываемая зверствами в Мьянме, переносят последствия войны в Индию.
Повстанцы из числа этнических чинов, сражающиеся с хунтой в Мьянме, используют Мизорам в качестве материально-технической базы. В прошлом году индийские власти обнаружили сети, перевозившие для повстанцев тонны взрывчатки. Некоторые жители Мизорама сражаются вместе с повстанцами, которых они считают родственниками.
Во время восстания 1966 года десятки тысяч беженцев покинули Мизорам, чтобы жить со своими родственниками в штате Чин. После переворота 1988 года, а теперь и в 2021 году беженцы двинулись в противоположном направлении.
Лидеры в Мизораме считают, что Нью-Дели должен делать больше, чтобы оказать давление на Тамадо. Проживающие вдоль границы с Мьянмой простые мизо также призывают к более сильной военной позиции Индии, которая удержала бы Тамадо от ударов по деревням чинов. Тем не менее, Татмадо были надежным партнером Индии, работая с ней над подавлением повстанцев нага и манипури.
Отношения между беженцами, прибывающими из Мьянмы, и мизо были далеко не идеальными. Этнических мигрантов из числа чинов обвиняли, справедливо или ошибочно, в создании заведений в Айзауле по производству кустарного алкоголя. Незаконный оборот героина, а затем и метамфетамина из Мьянмы создал проблемы для общины мизо.
В течение последнего десятилетия такие организации, как мощная сеть Ассоциация молодых мизо (YMA), неоднократно призывали к выселению некоторых групп беженцев, таких как бру и чакма.
«Мы говорим, что с Востока не приходит ничего хорошего, кроме солнца, — сказал один из жителей Айзаула, - «Каждый раз, когда мы узнаем о транспортировке наркотиков и арестах, это всегда мьянманцы».
Тем не менее, несмотря на все эти разногласия, среди молодых мизо национализм Зо превратился в подлинную силу — средство утвердить свою идентичность как на Северо-Востоке, так и в Индии. В 2015 году, когда оползни разрушили сотни домов в штате Чин, волонтеры YMA и другие общественные группы мизо организовали масштабный сбор помощи пострадавшим.
Насилие в отношении чинов вызвало растущий гнев в Мизораме. Участие молодых индийских граждан в повстанческом движении чинов, хотя и небольшое, иллюстрирует эту ярость. Индия должна будет показать, что она на стороне своего народа.
theprint.in/opinion…/1340617
Like with ethnic Tamils in Sri Lanka or Bengali Hindus in Bangaldesh, violence against Chins has unleashed anger in Mizoram. New Delhi's time for cogitation is running out.