Гибель пунической культуры На античный мир разрушение Карфагена произвело такой же эффект, как бомбежка Герники в середине двадцатого века. Это было нечто беспрецедентное, почти непредставимое. Конечно, во все времена, тем более в древности, случалось, что вражеские армии стирали с лица земли целые города, уничтожали крепости. Но разрушение Карфагена даже на этом фоне оставалось чем-то вопиющим. В огне погибла древняя, могущественнейшая цивилизация. Обычно угроза «всех не перевешаете» работала, но не в данном случае. По преданию Карфаген горел семнадцать дней. Но на то, чтобы стереть с лица земли Карфаген, у римлян ушло почти сто лет. Римляне превратили независимую и мощную морскую державу в собственную провинцию, полностью «перепахали» не только землю, на которой стоял великий город, но весь уклад, весь строй, всю структуру жизни. Города, которые помогали Карфагену, также были разрушены, и их земли переданы союзникам Рима в последней войне. Статус союзных городов получили те общины, которые помогали Риму в борьбе против Карфагена. Последнее, что оставалось от Карфагенского сообщества, вытравить оказалось сложнее всего — пунийский язык. Официальная документация римской провинции Африка велась на латыни, языком «высокой культуры» в театрах и литературе был греческий, финикийская письменность довольно быстро исчезла. Тем не менее пунийская речь оставалась разговорной у простонародья еще более полутысячелетия. Окончательно пунийский язык был забыт вскоре после арабского завоевания Карфагенского экзархата Византийской империи в 689 году нашей эры. Арабский, как «язык межнационального общения», очень быстро вытеснил все региональные наречия, включая реликты пунийского. На этом всё было кончено. Навсегда. Книга: «С точки зрения Ганнибала», Гай Аноним.