Бурный поток ледяного горного ручья, играя камнями бежал куда-то вниз. Мы сидели на горячих от солнца скалах и смотрели, как переливается чистейшая ключевая вода. Где-то высоко под самым куполом голубого неба парил орёл. Табасаранец по имени Майсум беззаботно, как ребенок бросал в ручей гладкие камешки и считал количество "отскоков". - Макс, - спросил я товарища, привычно русифицируя его имя, - а что там за развалины на скале? - Там-то... - проследив, за направлением моего пальца, усмехнулся табасаранец. - Там, братан плохое место. - Проклятое что-ли? - оживился я, предвкушая интересную историю. - Не знаю насчёт проклятое, - пожал плечами Майсум, - но туда приходят джинны. У нас даже игра была в юности: забраться туда на спор и просидеть дольше всех. - Эвона как - улыбнулся я. - И кто в этой игре победил? - Я, к сожалению. - Уже без улыбки ответил табасаранец и бросив очередной камень в ручей, начал рассказ, не дожидаясь моих расспросов. - Я тогда борьбой занимался. Сильный смелый был и такой гордый, что не мог ни слова поперёк слушать. А пацаны наши сильно джиннов боялись. Самый старший лишь час на той скале просидеть смог, а я возьми всем да скажи: "Подумаешь невидаль - джинн! Если увижу, то он сам о той встрече пожалеет. Изобью да поломаю". - Я им не лгал тогда. Страха не было. Лишь огромная как эти скалы и высокая как это небо гордыня застилала мой разум. Легко быть смелым, когда тебе пятнадцать и когда, несмотря на все страшные истории, в глубине души знаешь, что никакого джинна там нет... Только вот в тот раз... он там был! Майсум оторвал глаза от горного потока и серьёзно посмотрел на меня. - И как он выглядел? - с интересом спросил я. - Как человек, - табасаранец снова отвёл взгляд, - крепкий коренастый с короткими ногами. А знаешь что было страшнее всего? Он откуда-то знал о той браваде и слово в слово повторив мою хвастливую речь, предложил мне воплотить её в жизнь. - И что же? - Избил и переломал меня сам, да так, что о борьбе пришлось забыть навсегда. Хорошо для человека, когда рушится гордыня. Жалко, что она столь часто ломается вместе с телом. - Это точно, - согласился я. - В каком-то смысле тот джинн стал твоим целителем, излечившим тебя от самого главного порока. - Аль-Хамду ли-Ллях, - улыбнулся табасаранец. - Где бы я был сейчас? Что бы я натворил, если бы меня тогда не осадили? Бурный поток ледяного горного ручья, играя камнями бежал куда-то вниз. Мы сидели на горячих от солнца скалах и смотрели, как переливается чистейшая ключевая вода. Где-то высоко под самым куполом голубого неба парил орёл... Мистические истории 🕸