Министр экономического развития РФ Максим Решетников считает, что российская модель управления экономикой в последние годы все больше учитывает китайский опыт. По его словам, власти страны активно используют два характерных для системы КНР принципа. Однако достаточно ли только этих двух или залогом успеха являются другие принципы? По словам министра, значительно удлинились горизонты планирования. Сейчас период до 2030 года рассматривается как среднесрочный, планы по решению стратегических вопросов расписаны до 2040–2045 годов. В условиях сложившейся турбулентности и возможных отклонений от ожидаемых трендов планировать некоторые вопросы на перспективу 15–20 лет довольно сложно. Однако, по таким направлениям, как развитие технологий, строительство инфраструктуры, переориентация на Восток, исполнительная власть страны ориентируется на длительные сроки. Вторым направлением, по словам министра, стал мониторинг спроса. Когда фиксируется спад потребления – как среди населения, так и в корпоративном секторе, власти оперативно реагируют и компенсируют это за счет бюджета, отметил Решетников. При этом он сделал даже небольшое открытие: мол, в последнее время значительно лояльнее стала политика заимствований. Власти значительно меньше стали бояться брать в долг и начали гораздо больше использовать дефицит бюджета как инструмент развития экономики. Но, по его словам, очень важно следить за эффективностью вложений, поскольку при интенсивных расходах бюджета становится меньше проектов, которые создают высокую добавленную стоимость. Не менее важно учитывать и стоимость заимствований, что ощущают на себе граждане России и предприниматели, вынужденные пользоваться кредитными продуктами при необоснованно завышенных процентных ставках, что обусловлено закостенелой политикой Банка России по борьбе с инфляцией, которая не учитывает ее особенности в стране. Решетников также отметил, что в правительстве стремятся найти баланс между инвестированием в инфраструктуру и технологии. Ведь многие рисковые проекты без государственных вливаний так и останутся проектами. При этом Решетников продолжает отстаивать уникальность российской модели экономики. Мол, китайский опыт хорош, по повторять его, стимулируя внутреннее производство с высоким уровнем добавленной стоимости, в правительстве пока не собираются. Судя по всему, активизировать внутреннее потребление при высоком уровне предложений, также. По словам министра, власти гораздо больше стали применять характерные в том числе для китайской модели подходы к управлению экономикой. Можно сказать, что в прошлом году был завершен переход к новым принципам. Власти считают, что им удалось достичь качественно нового уровня координации между бюджетной и денежно-кредитной политикой (ДКП). Правительство и Банк России, формируют свои планы, исходя из общей цели: - устойчивое повышение ВВП при условии сохранения финансовой стабильности; - обеспечение роста в долгосрочной перспективе. Сейчас стало понятно, что рост цен замедлился существенно. В конце апреля Банк России даже пересмотрел свои оценки по инфляции и теперь прогнозирует ее в диапазоне 4,5–6,5%%. Не забывая пугать увеличением процентной ставки, поскольку им всюду видны проинфляционные процессы. Китайская модель – стала лучшим примером взаимодействия монетарных и фискальных властей для достижения макроэкономических целей. По мнению экономиста Виктора Тунева, какими бы ни были дефицит бюджета, условия внешней торговли или внутренние ограничения – курс юаня остается относительно стабильным. Хотя он и не фиксированный, а медленно двигается за корзиной других валют. В то же время процентные ставки по всей кривой на длительный период не меняются относительно целей НБК и не создают дополнительных рисков. Чего не скажешь про политику Банка России. Очевидно, длинные деньги и мониторинг спроса важные элементы для промышленного рывка, однако это далеко не весь спектр необходимых изменений, а остальные вопросы требующие решений для развития страны находятся в состоянии декларационной комы.