Женщины Украины. Юлия, Ялта/Киев: «Меня зовут Юлия, мне 30 лет, и я уже точно не могу сказать, откуда я. Первый раз мой дом забрали русские в 2014 году. Я родилась и выросла в Ялте, переехала в Киев в 17 лет, когда поступила в университет. Проблему утерянного дома я до сих пор так и не смогла проработать даже с психологом. Как только моя психолог спрашивает о Крыме, я начинаю плакать. Вот сейчас пишу это и реву тоже. Мы уехали с мужем из Киева с двумя собаками за неделю до войны. Муж говорил мне: «Юля, будет война, если мы хотим остаться живыми, мы должны ехать». Я только смеялась и говорила, что он глупый и нагнетает. А потом, когда за неделю до произошедшего позвонила тетя из Крыма и сказала, что на территории их детской (!) инфекционной больницы in the middle of nowhere разворачивают военный госпиталь, я осознала, что это не просто «учения». Утро 24-го я не забуду никогда. Меня разбудил звонок девушки, которая помогает нам с уборкой в салоне. «Юля, я, наверное, сегодня к вам убирать не приеду, у нас стреляют». До войны у нас было все: своя недвижимость, у мужа был IT-бизнес, я в ноябре осуществила свою многолетнюю мечту — открыла свой груминг-салон и зоогостиницу. Теперь в моем салоне передерживают животных из разбомбленного приюта. Новая жизнь, к которой нас никто не готовил. Мозг цепляется за какие-то мелкие абсурдные вещи. Почему я не забрала с собой свою любимую кожаную куртку? Ведь я так долго искала ее, такую особенную, чтобы «на все времена». Или как там мои 50 вазонов цветов, которые я так тщательно собирала годами. Завяли уже, да? И увижу ли когда-то ещё своих трёх котов, которых я оставила у своей сотрудницы, потому что «ну кто на нас нападет, это же глупости, отдохнем недельку, и домой». Волнуюсь за своих родителей в Крыму. Папа диабетик и мама с удаленной щитовидной железой. Им надо постоянно принимать препараты, в Крыму их уже нет. Из Крыма никого не выпускают. Соседей татар начали возить на допросы, спрашивают есть ли знакомые украинцы в Крыму, а у меня родители с украинскими паспортами. Стыдно общаться с теми, кто остался. Я понимаю, что нам грех жаловаться, мы живы и здоровы. Но тревога не уходит от этого никуда. Что нам делать дальше? Вернёмся ли мы когда-то домой и будет ли там этот дом? Увижу ли я когда-то ещё своих друзей? Коллег? Свой город? Раньше я так любила путешествовать, но путешествия не имеют никакой ценности, когда это в путь в один конец». #женщиныукраины