Эт самое, я чет немного притормозил тут с постами. Дело в том, что начался проект с De Correspondent, и мы сычуем в сычевальне, работая над всякими штуками. Эмили вот ушла из The New York Times, где она рулила исследованиями аудитории, а я просто на вечных каникулах, поэтому опять занимаюсь стартапом в стартапе. Потом подробнее расскажу, что там мутится, но основные принципы нашего существования такие:

🌚 Интернет – шумное место, где каждый хочет затолкать в твой мозг побольше отстойных новостей, которые никак не помогают жить. Мемасы-хихик-Немцов-ветхозаветный дождь-мемасы-хихик-Фейсбук-филармония. Если из всего этого вам нужно только дело об убийстве Немцова, вы пойдете на "Медиазону"; если Фейсбук – то вы уже прочитали об этом в любой утренней tech-рассылке. Медиа становятся такими островками спокойствия. Если ваш остров пока больше похож на ларек с шаурмой у метро и на нем написано БЕСПЛАТНЫЕ СИМКАРТЫ или еще какая-то партнерская шляпа висит – люди будут искать место потише. Cause I've been scared of crowded places, ребзь.

🌚 Рекламная модель – это когда ваши материалы выходят для читателей и одновременно для тех, кто бабки платит, чтобы вы нормально отдыхали на курортах Краснодарского края. То есть, вместо того, чтобы сформировать вокруг себя сообщество и совместно искать решения проблем, приходится лепить мемасы на массу и забивать на комментарии читателей (но тратить кучу времени на ублажение рекламодателей и правки-правки-правки). "Да-да, это говно тоже можно продать у нас на сайте! Нас читают миллионы, поэтому кому-то ваш пук обязательно понравится". Ну, в общем, когда-нибудь рекламодатели поймут, что до абстрактных миллионов они и сами могут дотянутся лапкой – выйдет даже дешевле, а свою аудиторию в сети им один фиг придется завоёвывать самостоятельно.

🌚 Поскольку медиа сегодня – это не обмен знаниями, а такой ор в пустоту, читатели перестают им доверять. Любое интервью начинается так: "А, журналист? Ну ты-то нормальный, не из этих, да?" Ага, но на самом деле, из тех самых. Большинство корреспондентов работает по принципу – съездил, написал, друзья полайкали в фейсбуке, чо там с героями истории дальше – хз. Конечно, есть исключения, но это, как правило, спецкорры, которые и без поддержки издания могут быть самостоятельными медиа, если захотят (и год пожрут гречку). Ну и среди них, наверное, есть те, кто не следит за историями до конца. Почему? Потому что вся работа это говноконвейер, и физически за всем не уследишь. Это, кстати, я сейчас про все страны пишу, что в Венгрии, что в Непале, что в США – доверие к прессе падает, а работа корреспондента (особенно в локальном издании) стоит по стрессу и зп где-то рядом с лесорубом.

🌚 Кажется, что De Correspondent – уникальный случай, но мы нашли уже почти сотню медиа, которые работают над усовершенствованием диалога с читателем и возвращением доверия. Вот тут в статье чуть подробнее об этом рэпе.

🌚 Как говорит дядя Бэн из Buzzfeed – люди всегда чувствовали, что большинство журналистов тупые, с появлением интернета это стало проще заметить. Короче, спрашивайте советосы у своих читателей, они реально шарят.