⚔️ 2 февраля Россия торжественно и трепетно встретила день 80-летия победы над нацизмом в Сталинградской битве. Но Волгоград не был переименован обратно в Сталинград. Опросы ВЦИОМ свидетельствуют о том, что жители региона против таких изменений. Владимир Путин обратился к истории как к инструменту, актуальному в современности. Сегодня аналогии более чем напрашиваются, но наиболее подходящим поводом для объявления о переименовании Волгограда Кремль решил не пользоваться. Возвращения к прошлому никто не ждет. По этому вопросу нет согласия даже в рядах патриотической общественности, что уж говорить об обычных людях. Пресс-секретарь президента пояснил, что 67% волгоградских респондентов не хотели бы переименовывать город, поэтому эта тема не обсуждается. Но власть стремится найти в истории основания для своих нынешних действий и решений, а своих противников — подавить морально. В эпоху интернета необходимы более тонкие информационные инструменты. Путин в своем выступлении упомянул, что во время Второй мировой войны под Сталинградом оказались представители практически всех европейских стран покоренной Европы, и эта ситуация грозит повториться. По его словам, идеология нацизма в современном проявлении создала прямые угрозы безопасности РФ. Поставки немецких танков Leopard вынудят Россию применить совершенно другие методы. Свои танки к их границам Кремль высылать не собирается, но ответ найдет и «применением бронетехники дело не закончится». Песков поспешил объяснить, что имеется в виду просто активизация СВО. Вопрос переименования Волгограда в Сталинград довольно показателен: 21% несогласных воспринимают предложение о переименовании как финансово затратное излишество, 12% не видят смысла в подобных действиях, а 11% не намерены жить прошлым. Память о Сталинградской битве во многом определяет региональную идентичность волгоградцев. Но их самоощущение также выходит и за эти пределы. Что характерно, Германия буквально за считанные годы убрала из собственных СМИ сталинградскую годовщину. На эту тему журналисты сегодня вообще ничего не пишут, как и про те уроки, которые немецкое общество вынесло из Второй Мировой, и до поры бережно хранило. С учетом ситуации и решений властей Германии, тема Сталинграда расшатала бы хрупкое европейское единство. Это для России — память о войне, а для Европы — повод желать реванша. 80 лет старательных усилий западной верхушки по размыванию исторической роли СССР в освобождении Европы от нацизма не прошли даром. Поэтому сегодня мы фактически наблюдаем ренессанс идеи уничтожения российской государственности: европейцы решили, что у них появился шанс доделать то, чего им не удалось в годы Второй мировой войны. Поэтому никаких иллюзий питать не приходится: второму Сталинграду суждено быть — генеральное сражение с Западом ещё впереди.