Амит Сегаль и его пятничная колонка: Как и Черный рыцарь из «Монти Пайтон и Святой Грааль», коалиция Беннета настаивает на том, что все идёт так, как должно и борьбу можно продолжать, даже потеряв обе руки, одну за одной. Каждый раз, когда коалиция теряет очередную конечность, получает очередное ранение, она настаивает, что это всего лишь царапина, бой на мечах продолжается, даже если этот меч уже нечем держать. Плохая новость для коалиции заключается в том, что с момента открытия летней сессии прошло всего пять парламентских недель, в течение которых Зоаби ушла, вернулся и объявила восстание, Битон объявил войну, Саар объявил об отсутствии права на существование коалиции, Каханэ был вынужден уйти в отставку и не смог вернуться, а Гнаим решил сформировать себе фракцию из себя самого. Худшая новость заключается в том, что до конца сессии еще целых семь недель. Беннет в настоящее время укрепляет Пинто, встречается с Битоном, умоляет Орбаха. Премьер-министр не проявляет никаких признаков подготовки к выборам. Его ставка огромна: считается, что, если правительство падет, Бенету будет крайне сложно преодолеть электоральный барьер. Изучение Основного закона «О правительстве» показывает, что, если не считать практически символического поста премьер-министра в ротации, ни один другой пост больше не гарантирован ему в случае роспуска Кнессета правыми голосами членов коалиции. Как именно вести предвыборную кампанию в таких условиях? Да и с кем? Беннет предполагает, что выборы состоятся в марте следующего года, большинство его партнеров предсказывают расформирование коалиции гораздо раньше и действует соответственно. Если бы он захотел, то ему было бы довольно легко распустить Кнессет и остаться премьер-министром: например, предложить Ликуду публичную сделку по утверждению устава Иудеи и Самарии в обмен на повышение стипендии солдатам. Аббас бы понял намёк намек и вышел из коалиции. В непрямых контактах между Орбахом и «Ликудом» планировался публичный жест в виде заявления Орбаха о провале эксперимента с «РААМ». Слова были тщательно подобраны: ведь «экспериментом» правительство назвал Беннет. Орбах должен был выступить накануне, но не решился. Поэтому, когда он выкрикивал эти слова во время пленарного заседания, в рядах «Ликуда» навострилось несколько пар ушей. Это было похоже на кодовое слово, произнесенное агентами под прикрытием. Сразу после этого Ауэрбах прибыл в «лабораторию», которой является канцелярией премьер-министра. В этом году уже стало традицией, что разговор идёт на двух несовместимых частотах: Беннет говорил о достижениях правительства, Орбах — о провалах коалиции. Затем были вызваны два человека, близких к измученному депутату, чтобы премьер-министр Израиля убедил их убедить Орбаха не выходить из коалиции. Реальность такова: невозможно объявить Сильман отщепенкой, не рискуя сделать отщепенцем Орбаха. Сильман левого крыла коалиции Джида Ринави-Зоаби тоже «не проста в эксплуатации». «Неужели из меня сделают лицемерного оппортуниста»? Публикации о полученной ею крупной суммы денег должны были ее успокоить, но произвели обратный эффект. Я всего лишь муравей, — сказал Зоаби, — но и муравья не следует загонять в угол». Между ней и премьер-министром в ротации Яиром Лапидом возникли принципиальные разногласия по поводу того, что произошло на их встрече в прошлом месяце. Он считал, что разрешил проблему раз и навсегда. Она считала это временным решением, пластырем, который следует заменять перед каждым голосованием: за каждый закон, который беспокоит арабскую общественность, она требовала денежного вознаграждения, которое оправдало бы этот шаг в глазах ее избирателей. Такие переговоры не велись с ней до голосования по уставу о Иудеи и Самарии и результат – на лицо. Лапид думал, что купил её, она же видела в этом, максимум, арендную сделку. Ссылка ——— Новости Израиля «НИ»: перевод аналитики, титры и первые публикации https://t.me/INews_Israel