Смотрю сейчас все фильмы Пола Томаса Андерсона по порядку и вот посмотрел «Врождённый порок». Это не широко известное кино, и когда только начинаешь его смотреть, думаешь, что нашёл скрытое золото. Нуар, где главный герой — укурок! Хоакин Феникс с бакенбардами! Кэтрин Уотерстон совершенно голая! Но чем дальше, тем лучше понимаешь, почему это золото — скрытое. Потому что в остальном непонятно примерно ничего. Сюжет такой. К частному детективу Ларри Спортелло обращается его бывшая девушка Шаста. Она спит с богатым застройщиком и боится, что его жена, которая спит со своим тренером, хочет упрятать мужа в психушку. Спортелло быстро оказывается втянут в круговорот событий — на него нападают, его обвиняют в убийстве, его спасают из тюрьмы. Застройщик исчезает. Шаста исчезает. В сюжете появляется «Золотой клык» — то ли банда, то ли яхта, то ли башня. Стоматологи не те, кем кажутся. Популярная рецензия на фильм: «Билет на сеанс «Врождённого порока» должны продавать либо с косяком, либо с билетом на ещё один сеанс «Врождённого порока». Иначе в фильме не разберёшься». Почему же «Врождённый порок» такой классный и такой шизофренический? Разгадка первая: это экранизация романа Томаса Пинчона. Пинчон — культовый и сложнейший американский писатель. Про таких обычно говорят «неэкранизируемый». А вот Андерсон нашёл к нему ключ и перенёс его на экран, сохранив атмосферу его книг. Но фильм, который мы получили, это больше Пинчон, чем Андерсон. Разгадка вторая: это фильм о вечном возвращении — о возвращении к бывшей. За запутанным детективом о поисках застройщика прячется история о поиске пропавшей любви. «Что это значит, теперь мы снова вместе?» — вроде бы простой вопрос. Но на деле он сложнее Пинчона, Андерсона и всей мировой культуры.