Продолжение Что здесь важно: всё это происходило в зале суда. В принципе, само по себе обсуждение качества медицинской помощи в данном случае - это уже нарушение УПК, из-за которого можно отменить оправдательный приговор. Присяжные должны были оценить только версию обвинения, согласно которой, причина смерти - отравление смертельной дозой магнезии, и всё, больше ничего присяжные оценивать не должны, либо доказано убийство магнезией, либо оно не доказано, а от чего там умер ребёнок, если его не убивали - не имеет значения Что касается отвода присяжного - тут всё дело в том, что обвинение заявило этот отвод, а судья отказал. Основания для отвода были, надо было отводить Что мы имеем теперь, по факту обвинительного приговора Вот здесь пишут: «один из присяжных за 18 лет до процесса служил в Вооруженных силах России, а затем в милиции. Защита сочла, что он скрыл этот факт, однако из протокола судебного заседания следует, что присяжный во время отбора представился офицером и сразу сказал, что уже 18 лет как уволился» Ну, раз защита жалуется на то, что присяжный скрыл то, чего, как выяснилось, он не скрывал - значит, отвод ему защита не заявляла, надо думать. Ситуации похожи, так как в обоих случаях закон не запрещал кандидатам быть присяжными - у того судимость уже погасла, у этого вышел установленный срок со дня увольнения, но в первом случае обвинение заявило отвод и имело на него полное право, а во втором у нас есть просто присяжный, который по закону имеет право быть присяжным, против чего никто не возражал Вернёмся к воздействию, влиянию и давлению на присяжных. О чём речь идёт сейчас - о том, что судья якобы оказал на присяжных давление. Однако ни в одном из тех СМИ, которые тиражируют эту версию, ссылаясь на аудиозапись допроса присяжных, которую не публикуют, нет ни слова ни о каком давлении. У судьи вообще нет рычагов давления на присяжных, во всяком случае, законных рычагов. Нам ничего не сообщают о том, что присяжным чем-то угрожали, их к чему-то принуждали, им обещали что-нибудь плохое или, наоборот, хорошее, в зависимости от вердикта. Пишут только о том, что судья с ними разговаривал, отвечая на их вопросы. Ну, и что? Причём не в судебном заседании были все эти разговоры, а в перерывах. И даже те присяжные, которые решили, что судья склонял их в сторону обвинения, описывают, на наш взгляд, не это, а совсем другое - судья комментировал доказательства, в том числе представленные стороной обвинения. Судья не только вправе, но и обязан это делать по закону Понимаете, суд присяжных - это всё-таки суд, а не трибунал тройки пенсионерок на лавочке. И задача судьи состоит в том, чтобы суд был судом. Например, если присяжные спрашивают про видеозапись, можно ли ей верить, а вдруг всё это - монтаж, то судья объясняет, что сторонами подлинность записи не ставится под сомнение и все, кто есть на записи, подтвердили, что это они. И почему обвинение ссылается на эту видеозапись - потому что вот здесь на ней «антенатал». А если присяжные спрашивают, почему экспертиза проводилась в другом регионе, то судья объясняет, что в целях обеспечения её независимости, потому что экспертам в Питере всё равно, кого оправдают или посадят в Калининграде В любом случае: - заходить в комнату отдыха присяжных в перерывах между судебными заседаниями судья имеет право, это не запрещено - комментировать содержание и значение доказательств, чтобы присяжные лучше их поняли - это у судьи такая работа Чем конкретно судья мог «надавить» на присяжных? Разве что авторитетом профессионального судьи. Ну, и не очень-то получилось, как мы видим, даже если допустить, что нечто подобное имело место. Вердикт с разногласием, а один из присяжных обиделся. У нас такое ощущение, что на присяжных, заявивших о давлении, надавил не судья, а надавил на них сам факт обвинения и доказательства, которые судья комментировал. Ну, вот не вписывается это обвинение в картину мира, в котором живут несколько присяжных. Такое случается Окончание ниже