Спокойствие, только спокойствие! На минуту вас одних оставить нельзя! Мы всего на один день отлучились, чтобы выступить на Конгрессе, а у вас тут уже все присяжные разбежались и пугают журналистов судьёй Ну, что ж, давайте разбираться Запах от этой статьи, на наш субъективный нюх, исходит не очень хороший. Объективность обычно пахнет иначе Во-первых, автор сообщает, что в распоряжении редакции имеется аудиозапись судебного заседания, в котором присяжные дали показания. Ну, так и опубликовали бы её целиком, зачем же тогда цитировать отдельные выдержки? Быть может, потому что на полное аудио версию о «давлении» судьи на присяжных натянуть труднее? Во-вторых, как нам кажется, всё равно не получилось. Аудио у нас нет, но по сути опубликованного кое-что пояснить можем «когда присяжные удалились в совещательную комнату для вынесения вердикта, судья Андрей Вьюнов туда не заходил. Однако в комнату отдыха к присяжным Вьюнов заходил дважды» Это совершенно разные вещи и разные комнаты. В совещательной комнате присяжные заседатели присяжно заседают, обсуждают и выносят вердикт. Вот туда судье нельзя, туда вообще никому никогда нельзя - ч. 2 ст. 341 УПК РФ. Нельзя, и точка. Но судья туда не заходил А в комнате отдыха присяжные бьют баклуши, гоняют чаи, обсуждают курсы валют, футбол, сериалы и сиськи грудь Дейнерис Таргариен. В комнате отдыха присяжные находятся во время перерыва в судебном заседании, т.е. всё, что в данной комнате происходит - это не часть суда. В законе нет запрета на присутствие в комнате отдыха присяжных других людей, в том числе и судьи А что в законе есть: запрет на общение присяжных с «лицами, не входящими в состав суда, по поводу обстоятельств рассматриваемого уголовного дела» - п. 3 ч. 2 ст. 333 УПК. Судья входит в состав суда присяжных - ст. 30 УПК. Собственно, состав суда присяжных - это судья+присяжные, и больше никого. Однако даже лицам, в состав суда не входящим, закон запрещает не всякое общение с присяжными вообще, а только по поводу обстоятельств дела. Вот, например, позиция Адвокатской палаты г. Москвы: «закон не содержит абсолютного запрета на общение присяжных заседателей с лицами, не входящими в состав суда… межличностные коммуникации присяжных заседателей с лицами, не входящими в состав суда, по поводу иных обстоятельств, не касающихся рассматриваемого уголовного дела, законодателем не запрещены… условия человеческого бытия, осуществление профессиональных и функциональных обязанностей предопределяют неотвратимость и неизбежность межличностной коммуникации (как вербальной, так и невербальной). Социальные, общекультурные и психологические факторы обусловливают необходимость межличностного общения как между участниками уголовного судопроизводства со стороны обвинения и защиты, так и между другими участниками уголовного судопроизводства, не исключая присяжных заседателей» Теперь по существу «у меня был к нему вопрос и я его озвучила. Ну и те, кто был в комнате, тоже задавали [вопросы]. Мой вопрос был такой: почему такая мера пресечения у подсудимых? Судья сказал, что раньше, оказывается, был другой процесс, и подсудимые и адвокаты оказывали давление на присяжных заседателей, и он, чтобы нас оградить от этого давления, принял такое решение» Во-первых, здесь нет логики. Сначала сами приставали к судье с вопросами, а потом пожаловались адвокатам на то, что судья на эти вопросы ответил. Во-вторых, вопрос о мере пресечения никакого отношения к обстоятельствам дела не имеет. В-третьих, судья сказал правду Продолжение ниже