Олеся нам, конечно, друг, но истина дороже 1. Специалист, как и эксперт, ни на какой стороне не работает (см. оглавление УПК РФ). Понятно, что за услугами специалиста почти всегда обращается не суд, а сторона, она же их и оплачивает, но тем не менее, специалист - это не представитель и не защитник. Согласно ст. 58 УПК РФ, специалист участвует в суде «для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию». Поэтому, когда к нам обращаются участники процесса, мы всегда сначала выясняем, чего конкретно они хотят: оспорить экспертизу - тогда можно обойтись рецензией и/или допросом специалиста в суде; допросить свидетелей и экспертов, заговорить всех до смерти в прениях, погонять адвокатов, испортить настроение прокурору и окончательно запутать судью - тогда потерпевшему нужен представитель, а подсудимому - защитник, причём статус адвоката для этого не требуется. Закон не запрещает представителю/защитнику быть судмедэкспертом или кем угодно ещё. Для нас до сих пор загадка, почему в деле Белой-Сушкевич, например, при таком количестве желающих объяснить круговорот магнезии в организме ребёнка, ни одного общественного защитника (на практике так называется защитник без статуса адвоката) так и не нашлось, да и рецензии тоже не было 2. Исходя из фабулы дела, как она описана в посте, квалификация действий водителя - верная, а рецензия здесь не нужна, так как ни на что повлиять не сможет. Водитель должен отвечать за смерть, только если он сам болел ковидом, ехал без маски, а после ДТП попытался оказать помощь пострадавшему и заразил того коронавирусом. В противном случае, даже если судья прислушался бы к специалисту и доводам его рецензии, даже если бы назначил повторную экспертизу, и даже если бы та нашла дефекты оказания медицинской помощи и установила причиной смерти ЧМТ, а ковид - сопутствующим заболеванием, квалификация действий водителя измениться не должна. Чтобы вменить водителю смерть, нужно доказать, что ЧМТ у пострадавшего со 100% вероятностью привела бы к смерти. А это в любом случае предположение, ведь умер он не сразу. Допустим, ковид причиной смерти не был, но здоровья точно не прибавил - значит, на исход всё же повлиял. А дальше - презумпция невиновности по ст. 14 УПК РФ: обвинительный приговор не может быть основан на предположениях; неустранимые сомнения - в пользу обвиняемого. В данном случае сомнения неустранимые. Ну, назначит судья повторную СМЭ, которая опровергнет выводы предыдущей - в деле будет две противоречащих друг другу экспертизы - опять сомнения. Назначать третью? Да сколько ж можно… А информация о том, сколько лет было погибшему - лишняя, она на квалификацию преступления не влияет, это же не убийство, а ДТП. Более того, дефекты оказания медицинской помощи, если они были допущены - сработают в пользу подсудимого, так как ослабляют причинную связь ЧМТ со смертью 3. Гнойная пневмония диагнозу ковида не противоречит. Она при данной инфекции может быть вирусно-бактериальной, так бывает часто 4. Переломы костей свода и основания черепа при наличии внутричерепной травмы в виде ДАП и размозжения головного мозга - это не причина смерти, а переломы костей лица - да Бог с ними, это даже не тяжкий вред. Как описал, так и описал, ни на что это принципиально в данном случае не влияет 5. Гистологию не пересматривали - вообще-то они не обязаны. Хуже никому не стало бы, конечно, если бы пересмотрели, но ни в УПК, ни в Порядке проведения экспертизы (Приказ 346н) чётко и однозначно не написано, что комиссионная СМЭ обязательно должна исследовать гистологические препараты. Тут можно ссылаться на общие нормы - ст. 8 и 16 ФЗ-73 - принцип полноты и всесторонности экспертного исследования - но в ст. 57 УПК аналогичной нормы нет, а 73-ФЗ против УПК силы не имеет, ниже поясним, почему Продолжение ниже https://t.me/medical_error_by_Veselkina/722