Мы с систер разделились и тут же рядом с нами начали стрелять. Я вышла из АТБ, набрала ее, она меня выматерила, чтоб я шла домой. Я такое понимаю с полуслова и пошла. Пока шла, ещё было пару ударов и на моих глазах люди бежали в укрытия. А я стояла, посреди улицы молча и думала, что "если как гром, то далеко", "если заложило уши, то близко", "если рядом с тобой, то ты ничего не услышишь". Стояла и курила, потому что если я слышу и уши закладывает, то можно сделать шаг и уже не услышу. Вспомнила как ночной нервопатолог сказал, что у меня пластика стриптизерши и нервы прапорщика-афганца - т.е. они крепкие, но ненадёжные. В лифте встретила соседей, бегущих в укрытие. Зашла, поставила на салат варить все, сижу в коридоре, жду систер. Ещё утром я думала, что она с кошкой может уедет раньше, а я с котом - позже. Теперь ни хера, мы будем только вместе, причем все вместе. Интересно, это со стороны было красиво: ветер, все вокруг бегут, кричат, и я такая стою курю и задумчиво слушаю Морриконе в наушниках, "ветер плачь",бля.. Жду Ольгу, она меня сейчас опять матами покроет, когда я кинусь ее обнимать конечно. В личке на меня орет мой польский друг Воз, что я должна была уехать вообще ещё много лет назад, чтоб ему было с кем пить пиво. Все, систер пришла. Ща я ещё по морде получу за нежности. #хроникивоенногоположения