#пишетЮля #какписать Чем напряженнее политическая обстановка, тем большими мифами обрастают вопросы книжной цензуры. Как издателя, меня коробит, когда начинающие авторы, которым отказывают в публикации, пеняют на редакторскую трусость: мол, просто побоялись публиковать такой провокационный текст. На самом деле за 12 лет в книгах в самотеке я не встречала хороших текстов, которые пришлось отложить лишь по причине политической неблагонадежности. Тиражи на рынке обычно такие мелкие, что чиновники, к счастью, редко нас замечают. Однако есть несколько факторов, которые авторам все же стоит учитывать. В них издатель может перестраховываться. 1️⃣ ЛГБТ-линия требует грифа 18+ Если в вашем романе описаны гомосексуальные отношения, это накладывает возрастные ограничения, что в целом издателя не особо пугает. А вот если книга детская или подростковая, то теоретически на суде могут доказать, что реальный читательский адрес ниже заявленного, а это уже грозит издателю штрафом, уничтожением тиража и приостановкой деятельности. Опасная зона — гомосексуальность героев, которым еще не стукнуло 18. Вообще в литературе для детей много ограничений, так что авторам детских текстов точно стоит с ним ознакомиться. Нельзя графично описывать процессы умирания или травматизации, жестокость по отношению к людям и животным. 2️⃣ Возбуждение повышенного интереса к сексу у детей, то есть материалы, в том числе текстовые, порнографического характера Пункт, который вызывает опасения у издателей, публикующих детские книжки по анатомии, ведь там-то как раз довольно подробно описывается весь процесс. Отсюда максимально формализованные формулировки и страх сказать о том, что секс — это приятно. 3️⃣ Описание наркотического эффекта, подробный рассказ об употреблении наркотика, называние конкретных средств без разъяснения риска их употребления Все это может быть расценено как пропаганда. Причем может быть недостаточно просто упоминания в сноске о том, что употребление вредит бла-бла-бла. Пагубные последствия по идее должны быть описаны тут же в тексте (покурил траву — отбросил копыта). Конечно, соблюсти такую формальность невозможно, поэтому издатели обычно забивают и ограничиваются сносками. И ставят 18+, поскольку к взрослой «пропаганде» у нас относятся попроще. 4️⃣ Публичные призывы к осуществлению террористической или экстремистской деятельности, к насильственному свержению власти или нарушению территориальной целостности Нельзя оправдывать терроризм, подробно описывать реалистичные сценарии организации какого-нибудь взрыва или (дофантазируйте сами), включая процесс изготовления самодельного оружия. Под строем имеется в виду наш конкретный российский, то есть в антиутопии — как будто ОК. Не советую писать, что надо бы вернуть Крым. Тут же абсурдный запрет на публикацию экстремистской символики, даже в информационных целях, например свастики. Выдержки из речей тоже нельзя. С этим блоком статей на всякий случай стоит ознакомиться. 5️⃣ Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства Самый логичный из списка, запрещающий оскорбительные или призывающие к чему-то плохому высказывания в адрес людей других рас, национальностей, гендеров, религий, социальных групп. Ну вы же так и не делаете, верно? 6️⃣ Оскорбление чувств верующих Вынесу отдельно, поскольку мало кто понимает, что ребят может оскорбить, а что нет. Мы (издатели) тоже не понимаем, так что, если встретим что-то такое подозрительное в рукописи, отнесем эксперту Роскомнадзора на оценку. 7️⃣ Использование нецензурной лексики Если таковая содержится, то мы ее либо запикиваем звездочками (и все равно ставим 18+ и упаковываем в пленку), либо не запикиваем, и тогда, помимо 18+ и пленки, нужно написать на обложке, что книга содержит нецензурную брань. Считается ли задняя сторонка обложкой, история умалчивает, чем мы все и пользуемся на свой страх и риск. Если можете не использовать мат без ущерба замыслу книги, не используйте — расширите читательскую аудиторию. Просто не все выносят брань на страницах, у нас в России очень консервативный читатель.