Лисячка сидела на тамбуретке и плакала. Мокрые нитки свисали из носопырок, а по плюшевым щечкам катились синтапоновые слёзки на колёсках. "Ты чиво это?- засуетился вокруг тамбуретки Пятак. - Бэнэнэ кончились?" Лисячка ничиво не ответила, а только уткнула моську в лапы и захныкала ещё сильнее. "Зубъ режется?"- ужоснулся Пятак и шмыгнул пятачком. Бедная Лисячка опять ничиво не ответила, а грохнулась с тамбуретки, задрыгала лапами и заголосила. "Сопромат завалила?"- невпопад ляпнул Пятак. Хотел исправиться, но эмпатия победила, поэтому Пятак грохнулся рядом и захныкал в копытца. Так они ещё где-то три часа валялись, обнявшись, и плакали. Пока совсем не разбухли от влаги. Пришлось идти выжимать и вешать на прищепки. Уж не знаю, что так расстроило Лисячку, но даже плюш имеет право немножко погрустить, правда?