Лисячка и эффект Кулешова.

Пятак проснулся оттого, что кто-то тыкал в него палкой. Хотя, чиво уж, и так понятно, что это Лисячка была.
«А?»-как бы спросил Пятак.
Лисячка ничиво не сказала, а только придвинула к себе плачущего ребенка.
«Кто это?»-заволновался Пятак.
Лисячка закатила зенки, отодвинула ребенка и подтянула к себе тарелку супа.
«Огого, это шти?»-обтек слюнями Пятак.
Лисячка явно начинала злиться. Она отшвырнула суп и взяла аппликацию из макарошек, которую они делали на День спагетти. Стала макарохи отдирать и с намеком на Пятака зыркать.
«Я вапще не понимаю!»-сдался он. (Простим его, ребята. На его месте у любого бы фляжка брызнула.)
Лисячка взбеленилась, ускакала, прискакала с ирисками, раззявила Пятаку пасть и запихала их туда.
Пятак зачавкал радостно, спасибо, говорит, мой любимый завтрак, говорит, а потом улыбочка слезла с него. А потому что склеились зубёхи от ирисок-то. Смотрит на Лисячку и только глазами хлопает. А Лисячка рычаг себе в пасть вставила, прыгнула на него (это противоречит всем законам физики, но она их не знает, поэтому ей можно), пасть с треском отворилась и оттуда раздался писклявый голосишко: «Теперь понял, что у меня рот от ирисок склеился? А я тебе сколько раз говорила - учи теорию синематографа!»
***
*плачущий ребенок+Лисячка =«помогите!»
*суп+Лисячка=«я кое-чего обожралась!»
*аппликация+Лисячка=«у меня всё склеилось!»
Теперь всё стало понятно, не правда ли?