Почитал комментарии к большому интервью Марии Певчих, поразился тому, что самая распространенная претензия — про "радикализм" и "отсутствие позитивной повестки". Хочется, конечно, немножечко хлестать таких комментаторов по щекам и просить проснуться, но опять же ведь радикалом назовут. Но все же. 1. В целом, нет большого смысла обсуждать, нужна нам плоская или прогрессивная ставка подоходного налога, пока у нас война/путин/новичок/тюрьма. Это просто напрасная трата сил (которых мало и которые надо тратить оптимально). Когда говорят, что отказ от разговора о "модели будущего" — это инфантилизм... Нет, простите, ровно наоборот: инфантилизм, эскапизм и просто глупость — это обсуждать налоговую систему сейчас. Как раз понимание того, что сейчас обо всем этом нет большого смысла говорить — базовое требование интеллектуальной дисциплины. 2. При этом в прошлой жизни, в 2018, мы и правда делали детальнейшую программу про образ будущего, которую, конечно, никто не читал. Она доступна, кстати, любому желающему сейчас, и в принципиальных положениях ни на йоту не устарела. Судебная реформа, нулевая толерантность к коррупции, инвестиции в человеческий капитал, децентрализация и федерализация, европейская интеграция — гуглите и читайте, там десятки страниц за авторством мудрых людей. А еще скажем я почти каждую неделю, по воскресеньям, я сижу в прямом эфире и полтора часа отвечаю на вопросы, значительная часть которых приходится на вопросы про будущее, постпутинский транзит и все такое. Ну то есть нельзя сказать, что мы про будущее не говорим. 3. Юрий Дудь взял интервью у Марии Певчих, а не у ФБК. И правильно сделал! Мария классная, яркая; расследования и "Популярная политика", за которые она отвечает — это самая заметная и интересная внешнему миру часть нашей работы; если надо было выбрать одного из нашей команды для такого интервью, то выбор точно не мог быть более правильным с точки зрения задачи выхода на широкую аудиторию. Но, как сама Мария и отмечает сама в этом интервью — ФБК большой (у нас работает около 130 человек над добрым десятком крупных проектов), и не всё в ФБК относится к ее зоне ответственности. У ФБК есть директор — Иван Жданов; есть политический директор — Леонид Волков (и Мария рассказывает подробно, как между нами распределяются задачи и зоны ответственности), и есть еще десятки сотрудников, которые делают разные важные и классные вещи в разных сферах деятельности. Рассказать обо всех — не хватило бы и 8-часового интервью, и задачи такой не было. И так уж вышло, что Марии Певчих пришлось отвечать и за Жданова (вот его отличный пост по этой теме), и за Волкова, и за отдел ИТ (про утечку базы) и за отдел дизайна (про обложки) и про кого только не. Что, честно говоря, довольно странно и не очень правильно — но понятно: выбора не было. Ну не будет Дудь брать пять интервью у разных сотрудников ФБК, мы ж понимаем. Не могла Мария в этом интервью сказать: "а на это я отвечать не буду; об этом, Юра, тебе надо говорить с Волковым / Соболь / Ждановым / Шаведдиновым / Ярмыш...". Так не работает. Но, кажется, комментаторы не очень этого понимают, и пытаются предъявить Марии претензии по всему спектру вопросов, которые у них есть к ФБК. Хотя, повторюсь, она очень четко сказала, чем она занимается. Ну не очень-то это честно! 4. И все же давайте еще раз вернемся в начало разговора. Февраль 2023 года на дворе. Год ужасной войны. Есть одна задача: уничтожить Путина. Актуальность дискуссии о "позитивной повестке" кажется, кхгм, мягко говоря, несколько преувеличенной, уж извините.