Этичный и экологичный подход уходит в прошлое — природа больше не в приоритете. Предприниматели в лице главы РСПП Александра Шохина уже начали спасать свой бизнес через предложение об увеличении нормативов по сжиганию попутного газа и борьбу с инициативами Виктории Абрамченко по ответственности за утилизацию упаковки. Сейчас допустимо сжигать лишь 5% от добытого газа, Шохин же предлагает увеличить нештрафируемый порог до 30%. Пока выхода нет ни у нефтяников, лишённых экспорта, ни у Минприроды, которому не остаётся ничего, кроме как пойти навстречу предложению, тем более что крупнейшие добытчики углеводородов и без того не шибко соблюдали ограничения. Возможно, в каких-то регионах получится заменить уголь на менее энергетически ценный газ, но зато будет, что направлять в Европу. Лучшего всего сортировка мусора функционирует в Красноярке — там установили баки для брендированного "западного мусора". Ситуация с мусорным коллапсом в Новосибирске стабилизируется, жалобы на крыс уменьшились — подозреваем, что проведение реформы подразумевает отсутствие подобных инцидентов в принципе, но остаётся радоваться и этому. Успехи у мусорной реформы определённо есть: собираемость по тарифам с населения по итогам 2020 года превысила 90%, но это, пожалуй, единственное достижение — и то не в пользу граждан. Исправить ситуацию призвана система учёта твёрдых коммунальных отходов, управление которой передано РЭО Дениса Буцаева, что не придаёт оптимизма в отношении прозрачности учёта. Пока одни пытаются оценить целесообразность проекта в условиях СВО, другие уже выпрашивают дополнительные 50 миллиардов рублей субсидий и льгот на покрытие расходов, вызванных последствиями этой самой СВО. Соответствующее письмо направил Руслан Губанедурин Губайдуллин в адрес вице-премьера Абрамченко, ответа пока не последовало — ожидаем. Деньги — это мусор.