🏛🎭Еще один маленький шаг к межеванию культуры сделан. Все в соответствии с авторитарными практиками и «любви к сильной руке», которая на свое усмотрение разделит что есть Баухаус и «дегенеративное искусство», а что есть искусство «высокое и правильное». С подачи Департамента культуры Москвы началась административная перетасовка сразу в трех театрах: «Гоголь-центре», «Школе современной пьесы» и «Современнике». По официальным заявлениям, все перестановки связаны с «истечением трудовых договоров с прежним руководством учреждений». Тем временем каток административного интереса к искусству просто так оказалось не остановить, из-за чего достанется даже лояльным фигурам. Как стало известно, в ближайшем времени директор «Театра Наций» Мария Ревякина также оставит занимаемую должность, несмотря на все заслуги и роль доверенного лица президента. Наиболее заметно перестановки сказались на «Гоголь-центр», в котором сместили не только худрука Алексея Аграновича, но и название. Теперь «Гоголь-центр» просто Театр имени Гоголя. По словам бывшего худрука театра Кирилла Серебренникова, заведение де-факто закрыли за непримиримую позицию, честность и свободу. Труппа театра открыто не поддерживает «спецоперацию» и после выступлений вместо поклонов демонстрирует зрителям голубя мира. Символично, что последним спектаклем при нынешнем руководстве центра будет представление «Я не участвую в войне», вдохновленное творчеством Юрия Левитанского. Какой должна быть культура с точки зрения полностью системной номенклатуры в погонах: по приказу, из-за чего у каждого творческого проявления обязательно должен быть начальник и физическое воплощение. Только так оно не работает. С момента начала ВСО ни по приказу, ни (тем более) по своей воле ничего поистине запоминающегося и действительно ценного для культуры создано не было. И не будет, как бы ни предлагали создать. Дело даже не в личной позиции или количестве Z на лобовом стекле. У «культурной революции» нет ни генералитета, ни штабов, ни формальных руководителей. Огонь, который ведет творческий коллектив, не подавляет живую силу облаками снарядов и убийственной аэрозоли, но дает возможность увидеть движение живой мысли, расширяющей рамки костенеющего и постоянно стареющего сознания. Отменить или сделать «правильным» можно только приказ нижестоящего по званию. У искусства и культуры нет иерархии и не может быть подчинения, ввиду чего любой отменяющий или «истекающий» культурный трудовой договор жалок в своих начинания, оказываясь максимум способным только на замену названий, декораций и баннеров.