🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук О гиперэтатизации российского социума Еще до СВО российский социум был в значительной степени этатизирован, а сейчас этот процесс усиливается. Под этатизмом обычно понимается экономика с большим объёмом государственного вмешательства, однако в России этот процесс более многомерен. Государство метафизически обозначается как сверхценность в идеологическом дискурсе, что ведет к его абсолютистской значимости не только в экономике, но и в политике, культуре и далее по списку. Актуальная версия этатизма дополняется еще и философией долженствования, суть которой в том, что гражданам/подданным предписывается отдать долг Родине-государству или, по крайней мере, потерпеть за ее интересы. В условиях падения экономики и жизненного уровня (а доходы большинства россиян не растут с 2014-го «крымского» года), у социальной массы нет достаточных ресурсов для существования, независимого от государства. Впрочем, ментально население лишь отчасти к этому стремилось. Если, например, в средневековой Швеции в почете было самостоятельное, независимое от феодала существование, то в России исторически была развита философия придворного служения и кормления. Да и сейчас «вольные» люди, то есть относительно независимые от государства, не являются идеалом для остального большинства с точки зрения их стратегий действий. Опросы последних лет до СВО показывают очень большой уровень ощущения социальной несправедливости, что логично, учитывая высочайший уровень экономического расслоения и отключенности большинства от процесса распределения государственных благ, но ситуация меняется. СВО сформировала дополнительную патриотическую нагрузку на служилое сословие, которое в этих условиях должно доказывать свою лояльность «государеву курсу» с возрастающим рвением. В то же время, через СВО пришли деньги на региональную периферию, плюс государство увеличило объём т.н. детских выплат населению. Ресурсный «пирог» сокращается, но государство допускает к нему ранее обделенные массы. Все это в среднесрочной перспективе ведет к выравниванию и преодолению ситуации крайней нищеты в социуме. Самые социально недовольные сейчас - это бедные: государство видит эту проблему и обеспечивает им какую-никакую поддержку. Ну а приоритетной категорией с точки зрения социальной политики являются мобилизованные и их семьи: это, похоже, надолго. Во Вьетнаме, стоит напомнить, пенсии получают только те, кто воевал за Родину. Государство сверхдоминирует над социумом. Единственное, что остается социуму, – это принять на себя этатизм как нормативный принцип. В малом и среднем бизнесе в стране работают примерно около 25 млн. человек. Это, учитывая семьи занятых в нем, очень много, однако в социуме преобладают строго зависимые от государства экономически люди: около 41 млн. пенсионеров, около 2,4 млн. государственных и муниципальных служащих, миллионы получающих детские пособия и далее по списку. Социум планомерно погружается в состояние сверхэтатизации, в рамках которого он не сможет ничего противопоставить государству. «Люди свободных профессий» (типа айтишников, блогеров или мелких предпринимателей) в этой конфигурации все чаще воспринимаются номенклатурой как социально неблизкие, требующие подконтрольности. Ограниченное функционирование рыночной экономики, даже в условиях гиперэтатизма, очень нужно властям для того, чтобы эта экономика более-менее существовала. Однако дальнейшая сверхэтатизация российского социума обеспечивает полностью лояльное и абсолютно подконтрольное лоялистское большинство, которое будет культивироваться и расширяться по политическим причинам, прежде всего, в аспекте придания дополнительной устойчивости режиму. Все эти сегменты (от пенсионеров до госслужащих) готовы к стратегии понижающей адаптации, которая характеризуется необходимостью потерпеть, снизить стандарты потребления и т.д. Эта «компетенция», несомненно, очень скоро им пригодится.