Сенатор Андрей Клишас, по всей видимости, стал главным ньюсмейкером сегодняшнего дня. На эту тему высказываются коллеги с канала Scriptorium, её же косвенно затрагивает уважаемый В. Иноземцев, продолжая размышления о “признаках запугивания”. Безусловно, заявления сенатора носят в большей степени пропагандистско-символический характер, в конце концов, надо чем-то и повестку заполнять, в которой, в противном случае, кроме тревожащих прилетов БПЛА на российскую территорию может больше ничего не остаться. Но, безусловно, тут есть намерение “прощупать настроения”. Причем даже не в части возможного реального введения озвученной инициативы, сколько вообще в плане оценки степени внутристранового раскола. Реальное введение затруднительно по нескольким причинам. Во-первых, отсутствие правовых оснований. Потому что тут уже придется затронуть и перелопатить не только отдельные законодательные акты, но и Конституцию в целом с ее правом на свободу перемещения. Проще было бы ввести военное положение, которое вправе ограничить выезд из страны в принципе, чем придумать сложную логическую систему сортировки на тех кому можно и кому нельзя. Во-вторых, когда Клишас указывает, что “что власти не знают, платят ли такие граждане все налоги”, то это замечание свидетельствует о несовершенстве системы финансового контроля. Практика показывает, что в случае, если власти не знают, платит ли гражданин налог, то и формы контроля за ним очень ограничены. Если человек оформлен в российской фирме официально, то зарплата ему перечисляется за вычетом НДФЛ, вне зависимости от того, в какой точке земли он находится. Если он не работает официально, то сам смысл попыток что-то регулировать утрачен - в этом случае он может оказаться кем угодно, хоть безработным политическим беженцем. То есть, как видим, с юридической стороны инициатива более чем сырая. Зато она ценна с идеологической стороны. Опять же, минимум по двум причинам. Во-первых, далеко не все релоцированные дистанционщики ограничиваются тем, что просто приспосабливаются к новой жизни на новом месте. Многие из них начинают вести активную пропаганду в российском информационном пространстве, что, безусловно, бесит как патриотический медийный блок, так и рядовых граждан, накаляя общий стресс. Отсюда проистекает “во-вторых” - а именно удовлетворение базового запроса на всеобщую справедливость, которая сейчас является основным запросом общества и одной из причин, по которой это общество соглашается терпеть разнообразные неудобства и лишения. Первый раунд был в начале СВО, когда удар пришелся по частным привилегиям российских олигархов и крупных бизнесменов. Аресты яхт и вилл, замораживание счетов очень взбодрили население. Но теперь наблюдается новая форма социального расслоения, когда выкристаллизовалась прослойка, желающая уехать из страны и могущая позволить себе эмиграцию. Для значительного количества обывателей справедливым кажется, если эти люди перестанут зарабатывать деньги на свою эмиграцию в стране, которую так страстно ненавидят. И, действительно, в этом что-то есть. Но по вышеозначенной причине юридических препонов идея сложно реализуема. Зато выпустить пар, поговорив об этом, можно. Единственный вариант, который кажется вероятным - это лишение подлежащих мобилизации “бегунов” работы. Он укладывается в законодательную плоскость хотя бы тем, что, саботируя мобилизацию, гражданин уже нарушает закон государства и будет довольно странно, если он при этом останется на работе с зарплатой, в то время как должен быть арестован. Но, думаю, на это тоже вряд ли кто пойдет в ближайшее время. И мобилизация завершена, да и сложно всех проконтролировать. Скорее, инициатива Клишаса станет небольшим сигналом работодателям, чтобы они более внимательно приглядывались к публичной политической позиции уехавших сотрудников. В общем, психотерапевтический эффект. Ваш Юрий Долгорукий