Примечательно, что термин "оппозиция" продолжает применяться преимущественно к оппозиции демократической, находящейся слева от позиции власти. Это не совсем полная картина происходящего. Не стоит забывать и об оппозиции справа, критикующей власть за недостаточную жесткость и даже жестокость (как в нашумевшей речи Антона Красовского). И если работать с левой оппозицией власть научилась путем как мягкой, так и грубой силы, то правая оппозиция, в значительной мере источник той самой грубой силы, может стать реальной угрозой для государства в случае территориальных потерь: именно этим обусловлена опасность включения новых регионов без возможности их полноценной защиты. И пускай данная категория составляет не более 10% от населения, полезно вспомнить, что тех же большевиков было гораздо меньше. Сочетание конструктов агрессивной пропаганды с глубинным великоросским национализмом, включающим не только имперство, но и антисемитизм и антиэлитизм (по причине недостаточной патриотичности российского олигархата, привыкшего выводить сбережения в не всегда дружественные страны и занимающего выжидательную позицию по отношению к СВО), может привести к гораздо более трагичным последствиям, чем идеи об экономическом процветании, социальной справедливости, борьбе с коррупцией и соблюдении прав человека. Утешает, что для работы с данной категорией у государства сохраняются механизмы работы через ту же самую пропаганду. Заявления о том, что истинные патриоты сейчас на фронте, а дома в ожидании повестки отсиживаются нытики и бабы, могли бы поспособствовать увеличению числа добровольцев, снижая угрозы от мобилизации, распространяющейся и на другие группы населения, менее восторженно относящиеся к военной кампании.