Коллеги задаются вопросом о причинах, побудивших японцев простить американцам ядерную бомбардировку. Все дело в том, что бомбардировка и последовавшая за ней шестилетняя оккупация Соединенными Штатами имела для японцев положительные последствия Под американским руководством японцы реформировали свою нацию. Они приняли новую конституцию, очистили свои школы от религиозной и военной идеологической обработки и отказались от агрессивной войны. Имперские подданные стали гражданами; «божественные» указы были заменены законами, уважающими права; правители стали администраторами; феодальные картели стали корпорациями; пропагандистские органы стали газетами; женщины добились избирательного права; а студенты узнали принципы самообеспечения и самоуправления. Хиросима, ранее штаб-квартира фанатичных вооруженных сил, стала мировым центром ненасилия. Те, кто когда-то лихорадочно шел на войну, теперь страстно шли за мир. Для японской молодежи в 1930-х годах и для гражданских лиц дома «война» означала «угождать императору», «честь через жертву за нацию», «почитать своих предков» и достижение «славы» среди своих собратьев. Воины, которые покончили с собой, а не сдались, считались «духовно чистыми». Жертва государству, слава императору и долг перед нацией были ценностями, привитыми с детства. Агрессивная война была добродетельной деятельностью, благодаря которой солдат достиг этих ценностей для императора, своей нации, своей семьи и своих товарищей. Концептуальная интеграция, которую он совершил, - это «война» как долг перед императором, служение нации, почитание его предков, честь, слава и благость. Война за него не означала защиту свободы; она означала распространение правления Его Величества и Нации. Но что означают «война», «честь», «слава» и «добро» на землях, где японские солдаты преследовали эти идеалы? Изнасилования Нанкина и Манилы, Батаанский марш смерти, миллионы разграбленных, порабощенных, покоренных и убитых - для них война означала голод, страдания, изнасилования и смерть. В этом истинный смысл военной агрессии. Однако, завернутые в завесу невежества, японцы дома услышали о своем славном продвижении. Они не знали, что их флот потоплен, и что их способность бороться фактически исчезла, и когда они услышали об этих вещах, они читали имперские рескрипты и внедрили цензуру, чтобы скрыть правду. Американцы принесли это фундаментальное значение войны домой японским гражданским лицам. Воздушные бомбардировки не были концептуальным извращением. Они были реальным смыслом войны, начатой японцами. Это то, что японцы делали с другими. Бомбы, вызвавшие пожары в Японии, стали началом этого образовательного процесса - они конкретизировали идею войны и не позволяли утверждать, что в таком ужасе есть добро. Взрывы разбили ложные интеграции, на которых были подняты японцы. Это позволило им реинтегрировать концепцию «война» в ее основе: кровь, дым, щебень, страх, шрамы, кричащая смерть. Война теперь была ужасом, который нужно было отвергнуть, а не идеалом, которого нужно было искать.  Война вернула японцев к когнитивному контакту с реальностью. Это разорвало связи между жертвоприношением и славой, смертью и честью, желанием и добротой императора. Последствия этого глубоко проникли в их моральные взгляды и привели их к переосмыслению своих основных ценностей.