Текст авторского коллектива “Мастер пера” на КБ, в котором сопоставляются ситуации Дугина, потерявшего дочь и сенатора Исакова, отрекшегося от дочери, наводит на определенные размышления. О том, насколько уникальная ситуация складывается в обществе. Формально и Дугин, и Исаков находятся на одной стороне, по части отношения к СВО, геополитическим задачам страны. Но в действительности эти люди жили по разные стороны баррикад. Разумеется не потому, что один человек потерял ребенка фактически, а другой - символически, отрекаясь от него. Однако, Дугин, лишившийся самого дорогого, что может быть у человека и его погибшая дочь Дарья без вариантов станут в ближайшее время объектами социальной канонизации. Причем произойдет это в любом случае, вне зависимости от того, будут ли целенаправленно предприниматься идеологические усилия в данном направлении. Просто потому что есть очень устойчивые паттерны, которые буквально достраивают сами себя и если по контексту ситуации должен возникнуть герой/мученик/страстотерпец, то он возникнет обязательно. Не буду давать оценок насчет того, хорошо это или плохо или к чему в итоге приведет - сейчас не об этом. Я об эмоциональной окраске ситуации, где отец и дочь жили одними ценностями и дочь стала жертвой в противоборстве, в котором принимала участие рука об руку с отцом. Вот что придает особого драматизма ситуации - то, что это общественный идеал. И как бы там ни было в реальности, но в наших морально-нравственных представлениях мы хотим видеть отцов и детей на одной стороне, и детей - продолжателями дела отцов. В то же время любой, даже самый не эмпатичный человек, прекрасно прочувствует бездну отчаяния, стоящую за спичем Исакова. И это отчаяние отнюдь не от разлада с собственным ребенком - такие драмы родители, особенно отцы, переживают как правило молча, “в себе” - как никак, а ведь это в каком-то смысле педагогический крах. Это ведь не про то, что ребенка хотели видеть юристом, а он пошел в бас-гитаристы, это принципиальная разница парадигм. Это значит, что ты каким-то образом умудрился воспитать в своем доме чужака, абсолютно незнакомого тебе человека. Но текст Исакова больше похож на объяснительную для начальства. Взять хотя бы вот эти безликие клишированные фразы: “я предлагал ей посетить места боевой славы советского народа” или “С того момента, как я узнал, что у нее антироссийская позиция, мы не общаемся”. Что значит предлагал посетить места боевой славы? В 25 лет внезапно взял и предложил? А до этого девочка каким-то образом умудрилась не побывать ни в одном из них? Извините, но в нашей стране это просто невозможно. Не в каждом регионе есть свой Мамаев Курган, Поклонная гора или Пискаревское, но меньшего калибра монументов, могил и мемориалов хватает абсолютно везде. Потому что эта война буквально прошла сквозь всю страну и нацию, даже там, где фактически не было боев. И надо приложить большие усилия, чтобы не встретиться с ними в стране, где в каждом провинциальном городке есть свой Вечный огонь. Что значит с этого момента мы не общаемся? Да с этого момента как раз и надо общаться начинать, потому что это катастрофа, когда твой ребенок оказывается незнакомцем. Таких слов об отречении обычно ждут от детей, это они сбегают из дома и хлопают дверью. В нашей биологической прошивке заложено, что родители от детей не должны отказываться ни при каких обстоятельствах. И вот эти два примера - Дугина и Исакова - показывают просто и ясно, чем убеждения отличаются от конформизма. Убеждения не вызывают у стороннего наблюдателя чувства противоречия, а конформизм вызывает. Потому что в нем естественного мотива, в нем есть подгонка под существующий тренд. Точно так же многие мировые знаменитости, выступающие с заявлениями в поддержку Украины,не могут точно показать, где на карте находится эта страна, что вызывает смех либо недоумение - именно из-за своей неестественности. Вот так и получается ситуация, когда все вроде бы за одно и то же, но как-то по разному. А кого у нас все таки больше - конформистов или убежденных, время покажет. Ваш Юрий Долгорукий