Владимир Милов – о поддержке Ходорковским мятежа Пригожина: — Михаил Ходорковский призвал россиян поддержать пригожинский мятеж, заявив, что нужно «помочь людям услышать Пригожина, пока он говорит правду». А вы как считаете, это стоило сделать? — Я удивлен и поражен таким идеям. У нас ряд людей, видимо, просто настолько устали от того, что так долго продолжается весь этот кошмар, что начинают кидаться самыми сумасшедшими и несерьезными идеями, пытаясь нащупать волшебную «кнопку», чтобы все это прекратить. Постоянно эти сетевые истерики: «А давайте поддержим Русский Добровольческий Корпус». Теперь: «Давайте поддержим Пригожина». Это все несерьезно и не более чем поиск какого-то волшебника, который прилетит на голубом вертолете и избавит нас от Путина. Тем более странно слышать это от Ходорковского, потому что он в последнее время писал книжки и говорил про важность институтов, парламентаризма и о том, что нам не нужен царь. А особенность Пригожина в том, что это человек, который доводит путинскую идею насилия и беззакония как главных инструментов управления до абсурда, до максимальной точки. Основная идея Пригожина — это тотальное беззаконие, символом чего, собственно, и стал «Вагнер». И если сравнить Пригожина с Путиным, то за исключением оттенков — это абсолютно одно и то же. И с институциональной точки зрения Пригожин хуже, потому что Путин все-таки пытается поддерживать видимость законности. А Пригожин открыто продает гражданам беззаконие как систему. В этом смысле выступления Ходорковского мне кажутся предельно вредными, потому что наша основная аудитория — это люди в России, которые хотят нормальной, лучшей жизни. Они этого беззакония уже натерпелись, они его на себе чувствуют каждый день. И когда вы много лет рассуждаете про какие-то институты, парламентаризм, судебную систему, верховенство права, а в решающий момент просто показываете, что готовы присоединиться к любым бандитам, головорезам и насильникам, мне не кажется, что вы убедите большое количество людей стать вашими сторонниками. Они теперь это Ходорковскому будут припоминать, когда он будет говорить про парламентаризм. Люди скажут: «Мы вам больше не верим, потому что вы пытались изобразить представителей совсем другой системы, где работают законы, единые для всех. Но вдруг вы сбрасываете маски парламентаристов и институалистов и готовы поддержать любого бандита. Спасибо, не надо, мы такое уже видели, мы с бандитами тут в России сами разберемся, нам ваша помощь из Лондона в этом плане не нужна». Поэтому я считаю, что это просто был очередной шаг отчаяния: может быть, сейчас случится чудо. Надо переставать надеяться на чудо и заниматься долгой упорной работой по противодействию путинскому режиму. А вот это выглядело просто глупо и очень сильно дискредитировало демократические движения, где Ходорковский в последнее время претендовал на очевидное лидерство. — Возможно, он исходил из того, что Пригожин в одном из своих интервью признал, что война была начата зря и ее надо остановить. И для российской оппозиции этот компромисс все равно открывал бы какое-то окно возможностей, разве нет? — Мудрость политика, да и не только политика, а просто любого эксперта, комментатора, определяется тем, что он ориентируется не только на то, кто что говорит, но и на то, что он делает. Неумение отличить одно от другого — это свидетельство политической незрелости, потому что биография Пригожина и группы «Вагнер» очень хорошо изучены. Из них следует один очень простой вывод: ничему, что эти люди говорят, нельзя доверять — ни одному слову. Пригожин — это лидер помоечной медиаимперии и фабрики троллей, он постоянно упивался тем, что людям врет в глаза, а на следующий день говорит противоположное тому, что говорил вчера. Достаточно вспомнить историю, как он отрицал и судился по поводу своей принадлежности к группе «Вагнер», а потом в определенный момент просто взял и сказал: «Да, я врал и вру, это вообще мое свойство такое».