Институт изучения войны в качестве основной версии убийства Максима Фомина (Владлена Татарского) предлагает внутрироссийскую разборку. Татарский ассоциировался с ЧВК «Вагнер» и открыто критиковал Минобороны и Генштаб, а недавно в очередной раз призвал сменить военное руководство страны. Кафе, в котором произошел взрыв, принадлежало Евгению Пригожину. Таким образом, убийство может быть посланием Пригожину от военных, считают (или намекают) западные аналитики. Хотя в моей картине мира, если бы Шойгу и Герасимов действительно готовы были передавать Пригожину послания таким террористически-мафиозным способом (в чем я сильно сомневаюсь — они скорее задушат его аппаратно), скорей бы предпочли какое-нибудь тихое профессиональное убийство того же Татарского, а не взрыв бомбы с кучей жертв в центре Петербурга. Среди других версий — опять же деятельность российских спецслужб, но уже не с целью давления на Пригожина, а ради обоснования новой волны репрессий или более жестких военных действий в Украине (впрочем, первая версия не обязательно исключает вторую). Маловероятна, хотя не совсем исключена, акция антивоенных российских радикалов (что, с учетом личности основной подозреваемой Дарьи Треповой, может стать основной официальной версией). Однако чисто умозрительно более реалистичной кажется самая простая версия о собственно украинской диверсии, возможно, с привлечением тех же российских антивоенных активистов. Которые, действительно, могли и не знать о готовящемся взрыве. Скажем, девушку попросили подарить Татарскому статуэтку якобы с прослушивающим устройством, а там оказалась бомба — или что-то такое. Киев свою причастность к взрыву отрицает.