Мария Захарова заявила, что «то, чем занимался в Екатеринбурге сотрудник американского издания The Wall Street Journal, не имеет отношения к журналистике». Марии Захаровой, конечно, виднее, ей в ФСБ сказали. Но я говорил с Эваном Гершковичем до его поездки в Екатеринбург. Судя по разговору, он готовился к обычной, хоть и довольно опасной в нынешних условиях, журналистской работе. В частности, Эван спрашивал меня контакты местных журналистов, контакты руководства Ельцин Центра для интервью, пресс-секретаря компании «Сима-ленд», известной своими патриотическими акциями. Его интересовало все, связанное с ЧВК Вагнер, поэтому он также искал телефоны местных политиков и экспертов, кто мог бы объяснить, почему свердловский губернатор Куйвашев так борзо ответил Пригожину. Он интересовался сюжетом о назначении Игоря Пушкарева на пост директора музея истории Екатеринбурга, чему сопротивлялся Пригожин. Интересно, как-то так ведет себя шпион, когда едет выполнять задание? Берет телефоны пресс-секретарей, договаривается о встречах для интервью с публичными персонами и т.п.? Впрочем, я подозреваю, что будет фигурировать в обвинении. Насколько я понял, у Эвана была идея поговорить для интервью с кем-нибудь возле оборонных предприятий о том, как они относятся к войне. Как я понимаю, он надеялся на улице поймать кого-нибудь у проходной УВЗ в Нижнем Тагиле или ОКБ «Новатор» в Екатеринбурге (оба предприятия легко находятся на любой публичной карте, их расположение — не тайна). Мне это казалось не только опасным, но и бесперспективным, потому что вряд ли кто-то будет разговаривать с американцем в нынешней ситуации (у Эвана хороший русский, но иностранец в нем угадывается легко). Я не знаю в итоге, реализовал ли он эту идею, но наверняка сам факт появления американского гражданина недалеко от места, где делают танки или ракеты, ФСБ сегодня считает шпионажем. Я предупреждал Эвана, что за ним 100% будут следить с момента прилета в Екатеринбург, он хорошо это понимал, но был уверен, что так как он не делает ничего незаконного, то все ограничится обычной слежкой и, может, каким-нибудь запугиванием. Он до этого ездил в другой российский регион, там была слежка, но ничего страшного не случилось. В Екатеринбурге все вышло намного хуже. В любом случае, фабула дела особого значения не имеет — его взяли как заложника для обмена и совершенно неважно, что ему там предъявят формально. Решение о его судьбе будет приниматься не в суде и не на следствии, а на переговорах между Россией и США. Эван очень смелый парень, хороший журналист, никакой не шпион.