Первая публичная реакция Путина на подрыв моста — встреча с Бастрыкиным и объявление случившегося терактом. Перевод ситуации из военной плоскости в гражданскую; уже не война, а борьба с «террором». В контексте слухов о том, что СВО превратится в КТО.