​​Временами миоценовая фауна Европы была почти такой же богатой и разнообразной, как фауна современной Восточной Африки. Эти животные оставили многочисленные свидетельства в палеонтологической летописи, которая иногда удивительно разнообразна и переменчива. Носороги появились в Европе в эоцене (56-34 млн лет назад), но до начала миоцена (23-5,3 млн лет назад) не отличались особым разнообразием. Затем в промежутке от 20 до 23 миллионов лет назад возник целый ряд местообитаний, где совместно существовали до шести видов, включая небольшого, всего полтонны, плевроцероса (Pleuroceros) с двумя рогами на конце морды. Однако это было лишь начало процветания европейских носорогов: 16 миллионов лет назад число видов увеличилось до 15 — частично за счет местной эволюции, частично за счет иммиграции из Азии. Хотя, как и в прежние времена, совместно обитали не более пяти-шести видов. Одними из самых странных млекопитающих всех вре- мен были халикотерии (Chalicotherium). Они были непарнокопытными — родственниками лошадей, носорогов и тапиров, и если бы вы увидели только голову этого животного, то могли бы принять его за очень странную лошадь. При этом туловищем оно напоминало гориллу, а на конечностях имелись огромные острые когти. Сочетание этих признаков настолько необычно, что палеонтологи десятилетиями не могли догадаться, что окаменелости различных частей тела принадлежат одному животному. Семейство халикотериевых возникло в Азии примерно 46 миллионов лет назад, затем его представители быстро мигрировали в Северную Америку по Берингову перешейку, а следом и в Европу по коридору де Гера. В миоцене произошел настоящий эволюционный взрыв европейских халикотериевых: одно время существовало не менее пяти их родов. Эти животные вымерли в Европе несколько миллионов лет назад, однако одна ветвь продержалась в лесах Южной Азии намного дольше, исчезнув 780 000 лет назад, и поэтому была знакома Homo erectus, человеку прямоходящему. Самым диковинным из них был анизодон (Anisodon). Он жил в Европе в позднем миоцене, его высота в холке составляла примерно 1,5 метра, а масса — около 600 кг. Его лошадиноподобная голова размещалась на длинной шее, похожей на шею окапи, передние конечности были длинными, а задние — короткими, что делало его спину покатой, как у гориллы. И подобно горилле, анизодон ходил на костяшках пальцев, сгибая пальцы внутрь, чтобы защитить острые когти. Он питался листвой, семенами, орехами и твердыми плодами, оболочка которых была настолько твердой, что сильно изнашивала его зубы. В экологическом смысле это был ответ Европы гигантским ленивцам Южной Америки и гориллам Африки. Если бы я обладал божественной силой воскресить всего одно существо с кладбища природы, это был бы анизодон — животное, настолько для меня непостижимое, что кажется сказочным.