​Про волгоносное

Моё новое (второй год) любимое мероприятие в конце года - это региональные дебаты Волга/НОСа, Нового года теперь так не жду, как момента, когда Кирилл Кобрин выходит на сцену и говорит про то, что мы объявляем КВН, сейчас из лонг-листа сделаем шорт, а мою книгу мы тут обсуждать не будем (роман самого Кобрина есть в лонге и из дискуссии его решили тактично исключить, потому что он тут ведущий).

Кто не помнит – литературная премия НОС, чьё основное жюри определит шорт-лист премии 31 октября на КРЯККе, пошла во все тяжкие в регионы.

В Нижнем Новгороде уже второй год подряд собираются местные звёзды культурной жизни и тоже определяют свой шорт-лист на открытых дебатах. В этот раз, по сравнению с прошлым годом, НОС на Волге прошёл куда быстрее и бодрее – даже в подсчёте голосов в этот раз никто не запутался.

Короткая текстовая трансляция такая:

Соавтор и соведущая подкаста «Партнёрский материал» Валя Горшкова:
которая за Туровского решила не голосовать, потому что, как оказалось, Туровский запланировал следующую книгу тоже про «ещё более крутых» хакеров, так что логично – пусть потерпит ещё годик. Голос улетел Алексею Поляринову (который предусмотрительно не рассказывает о своих планах на следующий год) с романом «Центр тяжести», а следом – роману Александра Стесина «Нью-Йоркский обход» - в литературе врачей Валя вообще видит спасение (дай пять).

Главред «The Village Нижний Новгород» Мария Гончарова:
которая признаётся, что очень плохо разбирается в книгах, но её всё время почему-то зовут и зовут в жюри. Номинирует Сальникова (сейчас я выдвину книгу, а вы все скажете – фуууу!), выражая заодно надежду, что Сальников сам напишет ей «спасибо» в фэйсбуке. Добавляет голос за Туровского («хотелось поддержать брата-журналиста»), потому что если у него украли Пулитцера, то «пусть хотя бы НОС получит».

Филолог и переводчик Вадим Михайлин:
который считает, что некоторым авторам можно сразу поставить диагнозы, у некоторых авторов «тексты сделаны неаккуратно» (Кононов, Стесин (надо было оставить только первую часть), Сальников (вялая, провисающая проза). Голоса отдаёт Туровскому (хотя когда текст начинается «одним пасмурным утром герой сидел в кафе» это чудовищно») и Софии Синицкой за книгу «Мироныч, дырник и жеможаха. Рассказы о родине» («такой чёрный буфонный немецкий романтизм»).

Художник Артем Филатов:
который долго говорит о романе Рыбаковой, но голосует за Туровского («начинал читать и думал, что это будет худшее, что я прочту»), а на втором месте - в том числе и потому что там есть художники, а Филатов (вот же повезло Поляринову) – художник, «Центр тяжести» («его нормально читать»).

Михайлин вмешивается и замечает, что «видно, что эта книга писалась… долго» и «история, которая рассказывалась в начале, не связана с историей в конце». Стрелков тут же сравнивает текст Поляринова с прошлогодним романом Анны Немзер «Раунд» (при этом он сильнее Немзер и «чётче»), но за Поляринова больше никто не голосует.

Далее Стрелков анализирует таблицу и рассуждает, а кому бы тут ещё дать место под солнцем. Долинин великий, но из другой оперы, Скидан классный, но книжка не этого года - ну и как тут выбрать.

После долгих мучений выбирает Линор Горалик и Александра Ярина.

Кобрин заключает: у московских коллег, очевидно, будет другой шорт-лист, но, очевидно, что нас шорт-лист круче их шорт-листа, не уезжайте в Тайланд, пожалуйста, а то мы будем выбирать победителя на новогодних праздниках, всем спасибо, относились! Ура!