Про подкаст Медузы (тот самый)

Сегодня уже вышла 4 серия подкаста, а я быстренько запишу своё бесценное про третью его серию (https://meduza.io/episodes/2018/10/23/glava-v-kotoroy-okazyvaetsya-chto-samyy-tochnyy-perevod-ne-vsegda-luchshiy), пока предание ещё не совсем старо. Третья серия - про переводчиков. Слово в этот раз преимущественно дано Анастасии Завозовой - всё, что вы хотели знать про переводчиков, но поскольку вы не Дудь, то боялись спросить (спойлер: денег там нет, но вы держитесь).

Вообще, у "Медузы" в итоге получилось такое вот "Полкино" с Маяка, по которому я ужасно скучаю: там Петр Гланц, Инна Королёва и Николай Гринько (и разные их гости) обсуждали кинопремьеры в похожем формате нескучного трёпа, безо всяких "не для более образованных людей", а вообще для всех. В случае с третьей серией, например, "переводческий круглый стол" не получился (и не должен был), но эта очевидная популяризация важности переводческого труда важна и нужна, потому что знания людей со стороны о том, как там всё на самом деле - примерно как про футбол, когда ваш сосед сыграл бы лучше, жалко правда, что он последний раз бегал стометровку в школе лет тридцать назад. При том, что всё-таки есть определенный дуализм - говорится, что переводы осуждать безвариативно и просто ярлыково - не стоит, что это ваше личное "зацепило/не зацепило" только ваше личное, но дальше достаётся бедолаге Виктору Веберу (традиционно), переводчице Елене Петровой, а также, конечно же, Максиму Немцову. На защиту последнего встаёт Анастасия Завозова - и это стоит послушать (в этом месте, наверное, начинается нервный тик у какого-нибудь Дмитрия Быкова, но это не точно).

Несмотря на то, что людей, которые знают, как надо перевести, в интернетах больше, чем самих переводчиков, на деле обычно выясняется, что знания первого иностранного не означают, что ты можешь попросить подвинуться Макса Немцова или даже (простите) Виктора Вебера. 20 октября в литинституте имени Горького переводчик Владимир Олегович Бабков давал мастер-класс одновременного перевода - с залом предлагалось перевести рассказ писателя Тобиаса Вулфа "Охотники в снегу", который сам же Бабков когда-то и переводил. Схема была такая - Бабков показывает абзац, зал предлагает варианты, потом Бабков показывает свой старый перевод.

Проблемы начались с имени автора - пишется Tobias Wolff, по правильному он звучит - Тобаяс Вулфф, что звучит дико, мы так не напишем (хотя сами знаете кто поспорил бы).
Следующий переводческий вопрос - в названии рассказа - "The Hunters in the Snow" это отсылка к известной картине Брейгеля, но перевести вот прям как есть и не потерять эту отсылку сложно, потому что, так сложилось исторически, искусствоведы эту картину у нас называют "Охотники на снегу". Ну, как яблоки. Нам это, конечно, не подходит, потому что охотники же не яблоки, поэтому переводим "в снегу" и теряем прямую отсылку. Дальше идёт первое предложение - Tub had been waiting for an hour in the falling snow. Сейчас все сказали "ой как просто", но переводили его больше десяти минут. Конечно, в том числе и потому что Бабков слушал варианты и объяснял, но еще и потому, что предложения "он стоял под снегопадом (снегом)" или "Таба заносило снегом" - не подходили.

Бабков - конечно, мастер, предлагающий о(б)судить его собственный вариант. Переводчик, несколько раз сказал он, видит то, чего не видит читатель - как писатель строит своё произведение, для чего нужны какие-то не относящиеся вроде бы к сюжету вещи, как рисуется картинка повествования, как создаётся мелодика в тексте за счет коротких и длинных предложений и как её не потерять. Ну и почему иногда появляются какие-то слова, которых в оригинальном тексте не было.

Мораль басни: идеального перевода не бывает - вообще, никогда, нигде, никак. Переводчик не переводит слова, он переводит смыслы. Лондон - столица Великобритании, вода мокрая, а подкаст всё-таки классный.