Ровно несколько лет назад, в 2014 году, примерно в 18:30, Тимур Куашев, 26-летний гражданский журналист из Нальчика (Кабардино-Балкария), вышел из дома. Он жил со своей матерью, актрисой местного театра. В 19:00 у нее была премьера, на которую он заказал два билета. Куашев предложил один из билетов знакомой, которая сказала, что в этот вечер она занята. Тогда Тимур принял душ, надел выходные брюки и рубашку и пошел в находившийся неподалеку театр «Родина». Впоследствии свидетель рассказал, что видел, как на автобусной остановке он говорил с какими-то людьми в штатском, которые вышли из машины. Тело Тимура Куашева нашли на следующий день на дороге, ведущей к лесу, в пригороде Нальчика: он лежал на земле лицом вниз, на его теле и лице были синяки и гематомы. В официальном криминалистическом отчете говорится, что он умер от остановки сердца, вызванной острой вирусной инфекцией. Благодаря усилиям его отца (высокопоставленного следователя по уголовным делам на пенсии) было начато расследование убийства Куашева. После того, как анализ крови в местной лаборатории не выявил следов наркотиков или известных токсинов, первой гипотезой следствия стало, что Куашева отравили неизвестным веществом. Образцы были отправлены в Москву для дополнительного криминалистического анализа, однако никаких следов яда выявлено не было. В окончательном отчете прокуратуры от сентября 2016 года говорилось, что явной связи инъекции и гибели Куашева обнаружено не было, а причиной смерти якобы стала коронарная недостаточность. Семья Тимура Куашева не считает официальное расследование убедительным или заслуживающим доверия. В комментарии сайту «Кавказский Узел» Хамби Куашев указал на отсутствие исследования логов телефона его сына с момента его исчезновения (имелось два сообщения со служебного телефонного номера, которые следствие отказалось изучать, сославшись, согласно решению прокуратуры, на «риск нарушения работы систем мобильного оператора»). Также не были расследованы угрозы, о которых его сын сообщал в течение предшествовавших месяцев. Он также обратил внимание на отсутствие у Тимура Куашева ранее диагностированных медицинских проблем. Двое сотрудников Центра по противодействию экстремизму предупредили его о статье, которую он написал незадолго до смерти. В ответ на это Кувашев подал жалобу на этих сотрудников за ограничение его свободы слова. Куашев также активно освещал нашумевшее уголовное дело против 58 местных жителей, обвиняемых в рейде на Нальчик в 2005 году, который координировался чеченскими командирами. При этом российские силовики считают, что нападение было инспирировано иностранными исламистскими террористическими организациями. Российский журналист Максим Шевченко, рассказал Bellingcat, что Куашев был единственным местным журналистом, который освещал ход процесса и неоднократно обрушивался с критикой на несоответствия в материалах обвинения. Шевченко убежден, что Куашева убили из-за того, что он мешал Кремлю устроить безупречный показательный процесс. Эту теорию поддерживают такие журналисты, как Надежда Кеворкова, которая вместе с Шевченко провела журналистское расследование гибели Кувашева и пришла к выводу, что он был убит. Тимур Куашев также открыто критиковал российское военное вмешательство в Украине, в том числе аннексию Крыма. Он также критиковал политику Кремля и президента России Владимира Путина и заявлял, что стране нужна «новая революция для смены власти». Всего за несколько часов до того, как Куашев был убит, он написал на Фейсбуке, что враги Путина «помирали как по расписанию». © https://t.me/bellingcat