Этой зимой и весной о смерти Путина часто говорили как о возможной развязке и как о том факторе, который, маяча на недалеком горизонте, подталкивал Путина и к войне, и к прочим странным и необъяснимым шагам и поступкам. За несколько месяцев тема его смерти и здоровья, которая и сама по себе очень скользкая, оказалась настолько затаскана и опошлена, что и говорить об этом, и думать — стало неловко. Так неловко, что трудно было заметить, что смерть — это ведь не только физиологический эпизод и не только производная…