Шокирующие подробности вскрываются на судебном процессе по уголовному делу, расследуемому в отношении 35-летнего туляка Максима Шапочкина, обвиняемого в многочасовых истязаниях своего шестилетнего пасынка А., которые привели к смерти ребенка.
6 июля на судебном заседании в Тульском Областном суде сторона обвинения, суд, адвокат опросили мать мальчика, 31-летнюю Оксану К., об обстоятельствах случившегося. Женщина дала довольно путанные и противоречивые показания. Было хорошо видно, что вопросы о том, что случилось в ту злополучную ночь 31 января, ей крайне неприятны, и тулячка не хочет отвечать на них. Прокурору, адвокату, судье, приходилось снова и снова возвращаться к ее первоначальным показаниям, которые мама ребенка давала еще в феврале. Многое из того, что Оксана К. сообщала тогда, сейчас женщина или не упомянула вовсе, или проговаривала скомкано, скороговоркой. Из нее в буквальном смысле слова приходилось вытягивать подробности чуть ли не клещами.
Что же сообщила мать погибшего ребенка на суде? Увы, подробностей она предоставила не так уж и много. Выяснилось, что ее погибший шестилетний сын от другого мужчины имел задержки в развитии и не мог связано и складно говорить. Другие несовершеннолетние дети тулячки тоже в той или иной степени отстают в развитии, что не удивительно, так как по всем признакам семья является асоциальной, взрослые частенько пьют и не следят за своим жильем. Именно тот факт, что пасынок не мог складно разговаривать, по всей видимости, безумно раздражал ее сожителя, Максима Шапочкина, который решил «воспитать» мальчика своими методами. Воспитательные процедуры заключались в том, что взрослый мужчина заставлял ребенка приседать по 15-20 минут за невыговаривание слов и за малейшую провинность, а за отказ что-то делать систематически избивал мальчика кулаками и ремнем.
В тот роковой вечер, 31 января все произошло после того, как все дети в семье помылись в ванной. К тому времени Максим Шапочкин уже успел изрядно нагрузился спиртным и начал проявлять признаки неадекватности, например, успел ударить ребенка за то, что тот слишком долго переодевался. Со слов Оксаны К. сначала она услышала страшный грохот в ванной, в это время в ней находился ее сожитель и сын. После выхода обоих из ванной комнаты женщина заметила, что у ребенка идет кровь из рассеченного подбородка, по одной из версий Шапочкин избил пасынка за лужу на полу. Что произошло дальше – история крайне противоречивая, так как мать старалась на суде отвести все подозрения от себя в бездействии и рассказывала обо всем крайне неохотно, поэтому ее показания на предварительном следствии и сейчас разнятся. Если верить доступной информации на данный момент, Максим Шапочкин после выхода из ванной начал заставлять пасынка приседать, причем в течение 15 минут, пока у него не заболели ноги. Поскольку шестилетний ребенок не мог выполнять все команды отчима, это спровоцировало серию крайне жестоких избиений и попытку удушения ремнем. Рассвирепевший Шапочкин избивал пасынка ремнем по лицу, кулаками, несколько раз поднимал и бросал беззащитного мальчика о бетонный пол с метровой высоты, пока не пошла кровь, душил ремнем до покраснения лица. Слабые попытки матери остановить избиение он пресекал тем, что бил ее по лицу, а потом вообще запер в комнате. Только выбившись из сил, мужчина прекратил избивать ребенка.
Что произошло после избиения – история еще более темная. Судя по словам Оксаны К., после произошедшего она уложила своего сына спать, и подошла к нему только в районе 6 часов утра, обнаружив многочисленные синяки и распухшее от ударов лицо. У мальчика после истязаний поднялась температура, и мать дала ему жаропонижающее, сначала температуру удалось сбить, но ребенок стал хрипеть, его начало рвать, признаки жизни быстро становились все более слабыми. Когда Максим Шапочкин понял, что натворил что-то страшное, вызвал домой карету скорой помощи, она приехала спустя 14 минут.
Подробнее в источнике: https://newstula.ru/fn_1349537.html
На заседании Областного суда по убийству шестилетнего мальчика в деревне Варваровка допросили его мать, женщина всеми силами пыталась уйти от ответственности.