Я, ежели начистоту, не очень понимаю массового выброса эндорфинов после интервью АРТЕМА ДЗЮБЫ. Он не изрек ничего такого, чего бы мы о нем не знали. С ПУТИНЫМ – да, перебор, в той части, где про "МЫ ПРАВЫ... САМАЯ ЛУЧШАЯ ДЕРЖАВА" – перебор настолько очевидный, что хочется прошипеть: "Окстись, разрази тебя громом!". Но исповедь – это такая штука, в которой недостаток искренности или имитация искренности очень бросается в глаза: неловкое движение – и она, искренность переходит в мастурбацию (тоже не чуждое Дзюбе явление). Но и глоссолалией, стихией Д.А.МЕДВЕДЕВА, я речуги Дзюбы назвать не могу: есть моменты вполне здравые. Но ему, как и мне, нужно освоить метриопатию (погуглите). Он экстатичен, неуловим, текуч, ебуч, это не интервью, а гейзер, где каждый пассаж заканчивается сведением счетов. Дзюба – это Николас Кейдж из давешнего фильма "Невыносимая тяжесть огромного таланта". Собственно, так можно и это интервью озаглавить, стеревшее границу между портретом и карикатурой. Бывает же и отрицательное обаяние, и ничего катастрофического в нем нет; по временем я нарочно играю в него в "КАКОВО?!", например. Дзюба раздражает даже тогда, как рассуждает о депрессии; на территорию науки, натурально, лезть не след, но чего все так взвились-то? "Рыдаю по ночам" – снова взвились, закипели; рыдать нельзя или нельзя рыдать одному Дзюбе, потому что он редиска, архипиздрит и басран? Не отвечает на звонки предводителя "Урала", дабы не расстроить отказом, – а вы на все звонки отвечаете? Дзюба одиозен и избыточен, ощущение, что он вот-вот запоет цоевское: "Весь мир идет на меня войной". Или хочет, как моя лучшая в мире МАМА НЕЛЛИ выдохнуть: "Как мне одиноко среди этой вашей богемы!". Он одиозен и избыточен и существует в парадигме "либо ты, либо тебя", но, кажется, забыл, что сам эту парадигму и создал.