Письма Вчера обнаружил в почтовом ящике небольшой квадратик картона с текстом и штампиком. Вздрогнул, конечно, как и любой мужчина до пятидесяти лет в последние пару недель. Но нет, это не родина пришла востребовать долг, это пришла из далеких Нидерландов открытка от подруги. Красивая, с маяком. Вот уже пару лет я периодически обмениваюсь с друзьями открытками по разным поводам. Это очень уютная традиция, которая хоть и кажется немного нелепой в цифровом веке, как какой-нибудь винил, но отдает светлой грустью по ушедшим тихим временам. Когда, чтобы прочитать новости, нужно было дойти до газетного киоска. Чтобы послушать любимую песню, купить пластинку. А чтобы пообщаться с друзьями — встретиться лично. Кажется иногда, что тот мир, который я едва-едва ухватил за хвост, был куда менее суетный и тревожный, чем нынешний. Пока все мои друзья читают Ремарка, я читаю письма моего любимого Джона Рональда Руэла Толкина — он написал их удивительно много: жене, детям, издателям друзьям. Интересный факт: ближе к концу жизни Толкин стал писать письма под копирку — оригинал отправлял, а копию оставлял себе. Я сперва не мог понять зачем, а потом до меня дошло. Это же практически единственный способ в те времена сохранить в медленно угасающей памяти содержание написанного. Это сейчас перечитать имейл проще простого, а раньше — написал, отправил и жди ответа неделями, а то и месяцами. Как тут запомнишь? Я очень восхищаюсь работой почтальонов. В некоторых местах нашей страны в зависимости от отдела они разносят пенсии и продают бытовую химию, что тоже в какой-то степени полезно (пенсии — так однозначно), да и вообще сейчашняя почта выглядит совсем не так, как я ее представляю. Но с самого детства у меня в голове нет-нет да и всплывают строчки из Маршака: Кто стучится в дверь ко мне С толстой сумкой на ремне А почтальон Печкин, помните? Хорош ведь, несмотря на отсутствие велосипеда и соответствующий этому характер? Идет по селу с сумкой через плечо и хитрющей улыбкой до ушей, потому что в сумке у него посылка. Которую он не отдаст никакому мальчику, потому что у него документов нету. Уже относительно давно, ранним утром, выбегая на работу, я встретил в подъезде девочку лет двадцати, рыжую, всю в веснушках. Она улыбалась, раскладывая в почтовые ящики письма и извещения о посылках, а через плечо у нее была перекинута традиционная почтальонская сумка. И тут мне стало понятно, что эта профессия никуда не денется, несмотря на цифровизацию и прогресс. Потому что бумажное письмо — оно теплое и осязаемое. Настоящее. Письмо Само Никуда не пойдёт, Но в ящик его опусти — Оно пробежит, Пролетит, Проплывёт Тысячи верст пути. Нетрудно письму Увидеть свет. Ему Не нужен билет, На медные деньги Объедет мир Заклеенный пассажир. Это из того же Маршака. Прекрасно ведь?