​​ГНЕВ, МЕСТЬ, АЛКОГОЛЬ


Джуманджельдыев поднялся с кушетки и воздел напряжённые тёмные руки к потолку.

Никто не проронил ни слова, мысли покинули бригаду медиков - невольных игроков в безумной игре.

Послышался резкий запах.

Из-под плитки вырвался фонтан спирта и окатил игроков с ног до головы. Лев Николаевич жадно припал к струйке поблизости. Спирт прибывал. Аделю вырвало; Клыков достал из кармана ручку, вынул стержень и приспособил как дыхательную трубку; когда спирт уже дотянулся до лопаток, Курочкина отрешённо легла спиной на алкогольную гладь и закрыла глаза.

Комната скоро заполнилась до краёв, как первая стопка на похоронах. Рыженко в отключке осел на дно, Аделя плескалась в своей рвоте, пытаясь отогнать её в сторону анестезиолога, Клыков держался под потолком, просунув трубочку в вентиляцию, Курочкина плакала, невольно снижая концентрацию алкоголя.

Джуманджельдыев с силой взмахнул руками. Из его рук выплыли стайками мелкие осколки и двинулись к углам кабинета.

Изрезанная, пьяная, бессознательная бригада вдруг резко упала на пол.

В центре комнаты, где стоял неотвратимый Джуманджельдыев, земля разверзлась, свет чужого Солнца обжёг раны медиков, и, зависнув над бездной, пациент застрекотал, завыл, зарычал, совой заухал.

На рваный край плитки, снизу, из зловещей неизвестности, упала волосатая лапа с острыми когтями.