​​Продолжаю вещать о проблемах отдыхающих людей.

Может я для этого и должна писать: чтобы трудящиеся знали, какими овощами они стали бы без работы.

Сегодня проснулась в час дня, пожила до вечера, пришёл с работы муж, лёг спать, ну и я прикорнула.

В одиннадцать прозвенел будильник, я перевела его на полчаса вперёд и закрыла глаза. Но блеснул яркий свет, вырвавший меня из сна, и раздались раскаты грома. Через минуту пошёл дождь.

С удивлением я различила возбуждённые голоса, доносившиеся с улицы. У нас там находится небольшая спортивная площадка, на которой часто собираются мальчики, пацаны и парни, чтобы поиграть в футбол. Но не в дождь же!

Лежу в темноте. Сплит-система холодит концом сентября. Укрываюсь с ушами: под одеялом - поздняя весна, и только лицо и волосы - в осени. Возле спины лежит собака, правая ступня соприкасается с ногой мужа, и там жарко, как летом.

В целом мне комфортно. Но было бы лучше, если бы за этот день я что-нибудь написала, а не потратила время на "орла и решку", пусть и в Мексике. Теперь я больше знаю, а толку?

Недавно слушала подкаст о творчестве и услышала потрясающую мысль:

Фиговая практика лучше превосходного наблюдения. Позволь себе ошибаться и творить ерунду: только так можно научиться и прийти к хорошему. Главное - хоть как, но делать.

А что я? Сплю четырнадцатый час за сутки. А за окном, под грозой - смеются ребята. Там - жизнь, а не во сне.

Встала, выпила бокал айрана, взбодрилась: вот эта кислятина - жизнь, а сны - ничуть, в них не чувствуешь ни вкуса, ни боли, ни поцелуя.

Включила телевизор, и заиграли испанские песни. Запрыгнула на кровать и потанцевала. Вспотела. Обычно я оберегаю себя от излишних нагрузок: сижу, лежу, двигаюсь медленно, а при подозрении на испарину - ползу в душ. Но пот - это жизнь. Прыгать, бегать, танцевать - жизнь, а тепличные условия - что-то противоположное.

Спокойной ночи, дорогие мои, а я поживу ещё немного.