Обвинения, оправдания, признания в любви.

По этим признакам можно определить, что за зверь написал вчерашний пост. Eugenius ebrius est или Женя в хлам в чистом виде.

Почему я не написала текст до кафе? Зачем дотянула до стадии, когда жизненно важно - лечь спать?

Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке? Однако, какой однообразный бред у меня на уме!: всех люблю, и вы меня, пожалуйста, любите.

Накануне проходила тест: путь мне в рай или в ад. Один из вопросов: "Что из перечисленного вы делали при общении с официантом?" Варианты типа: просили раздельный счёт для маленькой компании; щёлкали пальцами, подзывая гарсона; хватали его за подол одежды, удерживая для продолжения разговора; меняли блюдо в связи с чем-либо. Ни в чём подобном я не была уличена. По результатам теста - попаду в чистилище.

Но это было до вчерашнего вечера.

Не подумайте, что я выказывала какое бы то ни было неуважение официанту.

Но! Скажи мне, кто твой друг... (После алкоголя мозг атрофировался и я не способна выдавать оригинальные мысли, только пословицы и поговорки).

Короче говоря, за моим столиком были все грехи против обслуживающего персонала. И хватание, и щелчки, и "это похоже на баранину, а не на говядину, передайте шеф-повару, что мясо с душком", и замена стакана, потому что он - некрасивый и вообще не подходит к тарелке, и (о, боже!) раздельный счёт.

Я наблюдала за этими злодеяниями, не останавливала своих собутыльниц и подливала масло в огонь, пробуя мясо и приговаривая: "действительно, не говядина, а если и говядина, то дурная", "стакан, конечно, безвкусно подобран к остальной посуде; либо наш стол сервировал человек топорного мышления, либо гарсоны что-то имеют против нас лично".

Без сомнения, чаши весов, прежде находящиеся на одном уровне, тронулись в сторону болеё тёплых мест, где вечно алые закаты и весёлые, харизматичные люди.

Усохший мозг подсказывает офигенно мудрый вывод: надо меньше пить. Чем чаще к имени можно добавить "ebrius est", тем слышнее запах костра, громче возгласы: "Sieg Heil!" и "Here we are now, entertain us". И это страшно. Потому что я не люблю Кобейна.