белка песенки поёт,
да орешки все грызёт,
а орешки не простые,
а кричащие, живые,

ядра бешено орут,
кровь орехов там и тут,
белка, сука, не грызи,
тут же дети, прекрати.

но пушистой всё неймётся
с кровью на лице смеётся,
плоть орехову вкусила,
люцифера пробудила

в жалкой беличьей душе,
нет пути назад уже,
и в безумии кричит:
"смерть орехам, геноцид".