Канал "On The Corner" рассказывает о джазе: заметки о новых релизах и анонсы концертов чередуются с воспоминаниями о джазовых титанах и забытых героях прошлого
На неделе было не до джаза, но давайте попробую вернуться к регулярному вещанию. Для начала поставлю альбом «The Complete Stockholm Tapes» великого контрабасиста Рона Картера. Пластинка вышла в январе и объединила записи двух концертов, которые квартет Картера дал в знаменитом стокгольмском клубе Fasching.
На первый взгляд, в «The Complete Stockholm Tapes» не за что зацепиться: квартет играет акустический батя-джаз, а репертуар состоит из заслушанных до дыр стандартов и старых композиций Картера. Уверен, что в циклопической дискографии контрабасиста (напомню, Картер поучаствовал в записи 2 221 альбома и вошел в Книгу рекордов Гинесса) таких пластинок вышло под тысячу. Но как и в случае с новым Франко Амброзетти, музыка «The Complete Stockholm Tapes» обладает волшебным терапевтическим эффектом. Проверено на себе: слушал альбом с понедельника по пятницу и благодаря этому не впал в уныние из-за происходящего вокруг.
Когда теряешь точку опоры, обращаешься к тем, в ком не боишься разочароваться. Таких людей в принципе мало, но Картер как раз из их числа. Назвать Рона Картера богом будет, конечно, чересчур, но если бы бог выглядел как Картер, одевался как Картер и играл джаз как Картер, то я был бы непротив. В мае 2020-го Картеру исполнилось 83 года, и его сумасшедшая форма мотивирует не хуже накачек дорогозубых коучей. Картер быстр, остроумен и свеж, и по-прежнему ухитряется выискивать новое даже в жестких рамках ретроградного постбопа. Послушаешь так пару раз, какой грув Картер создает в композиции «Joshua» или как тонко взаимодействует с пианисткой Рене Рознес в «My Funny Valentine», и начинаешь произносить «батя-джаз» без пренебрежения и с родственной теплотой.
По ощущениям «The Complete Stockholm Tapes» похож на родительский совет, который тебе уже давали сто раз - он вряд ли откроет новую истину. Но вот наступил сто первый дубль, ты послушал его и тут же улыбнулся. Хотя бы потому, что дубль этот сделал родной и знакомый голос. Какой же кайф.