Экватор первого курса

Миг.
Именно столько, кажется, прошло с начала обучения в театральном институте, который является чрезвычайно важной ступенью лестницы, ведущей к моей высшей цели. Думаю, что течение времени ощущается именно так по двум причинам:
- ритм мегаполиса (а тем более студенческий) заметно ускоряет стрелки часов
- процесс, приносящий удовольствие, в отличие от отягчающего, проносится быстрее

Стоило ли оно пяти лет поступления, стараний? Более чем. Доволен ли собственными результатами? Ситуативно. Но обо всём по порядку.

Редок тот день, когда мы освобождаемся раньше 21 часа. Воскресенья, которые стали полноценными выходными за эти полгода, можно посчитать по одному пальцу одной руки. Вечера, не занятые подготовкой к какому-то из учебных этапов, посиделки за компьютерными играми до утра и последующий сон до середины дня остались в розовом прошлом. Времена, когда выучивание какого-то отрывка, монолога, стихотворения или необходимость прочтения определенной книги не висели дамокловым мечом, канули в лету. И все это было бы зверски не гуманным, да и в целом являлось бы чудовищной каторгой миллениального великомученика, если бы не одно «но». Я жаждал этого.

Каждый день мы выходим на сценическую площадку — на данный момент для меня самый приятный процесс в жизни. Из книг прочитать нам нужно Гомера, Аврелия Августина, Данте, Сервантеса, Боккаччо — авторов, прочесть которых было желание и раньше, но не было достойного повода (хотя поиск повода для прочтения книги — процесс одиозный, требующий пересмотра мотиваций, борюсь с этим в себе). Глубоко вдохновленный Илиадой, я слабо понимаю, почему этого произведения нет в школьной программе. Яблоко раздора, цари Микен, Спарты и Трои, отвага, предательство, любовь, боги, античные (!) супер экшн-битвы, сюжетная линия Гектора (в лучших традициях Netflix) хитроумие, товарищество, Троянский конь (о котором стоит прочесть после Илиады) — ну это же все бесконечно интересно!

Для экзаменов по истории зарубежного театра и истории изобразительного искусства, было рекомендовано посетить музеи: ГМИИ им.Пушкина, Третьяковскую галерею, православные соборы: Успенский, Архангельский и Благовещенский. О, что за блаженство, высшее удовольствие бродить по музеям, будучи в дискурсе, понимая кто, чьё и зачем стоит, лежит, висит перед тобой. Залы Древних Египта, Греции и Рима в ГНИИ производят неизгладимое впечатление. Сколько чувственности, высоты в этих приземлённых кусках гипса (подлинников в Москве, к сожалению, почти нет. А что касается Греции, то подлинников на планете и вовсе почти не осталось — только копии римлян, которые не могли в математику и поэтому их скульптуры стояли только с уродскими подпорками, в отличие от греческого умения создавать превосходный баланс). Мой любимый экспонат — погребальная маска Агамемнона. Правда, к собственному несчастью, недавно мне стало известно, что, вероятнее всего, это не его маска, а просто некоего существа того времени, но знаете что? Идите к черту со своей правдой. Я и в Деда Мороза верю. Так что это Агамемнон и, с каким же трудом вериться, что эти глаза видели Трою. Ту самую. Видели Ахилла, Одиссея, а может быть и самого Аполлона. Вера в это вдохновляет и одухотворяет, возвышая над мирской суетой.

Перечитав написанное выше, боюсь прослыть миссионером. Это не так, я — атеист. А вышесказанное скорее о фантазиях и вдохновении, легкому и одновременно высокому отношению к жизни. Учитывая это, совершенно неожиданные ощущения вызвали походы в православные храмы, а также в зал древнерусского искусства Третьяковской галереи, который представлен преимущественно иконами. Живой интерес просвещения — вот что это было. В Архангельском соборе погребён Иван Грозный. Вот тут, через одну дверь от меня (непосредственно в его царскую усыпальницу туристам вход запрещен). Сомневающийся скептик внутри негодует, но сумев усмирить его, эта информация в голове укладывается не сразу: слишком велик исторический размах.

А еще мы в институте танцуем и занимаемся сценическим движением.