6 мая 1942 РУЗВЕЛЬТ ВИДИТ ВОЗМОЖНОСТЬ ОТКРЫТИЯ ВТОРОГО ФРОНТА В ЕВРОПЕ В 1942 ГОДУ 6 мая президент США Франклин Рузвельт, разослал своему помощнику Гарри Гопкинсу, военному министру Генри Стимсону, министру ВМС Франклину Ноксу и членам комитета начальников штабов памятную записку с изложением своих взглядов на стратегию США. Дело в том, что в апреле 1942 года перед Рузвельтом как верховным главнокомандующим был поставлен вопрос об уточнении распределения американских сил между Атлантикой и Тихим океаном. Президент США не дал четких распоряжений, что заставило Начальника штаба армии США Джорджа Маршалла предостеречь Рузвельта: «Если осуществление плана „Болеро“ (усиление британских островов американскими дивизиями) не будет нашей главной задачей, я рекомендовал бы отказаться от него» и «официально известить англичан, что соглашение, недавно принятое в Лондоне, должно быть аннулировано». Детальный план переброски войск США на британские острова должен был быть готов к концу мая. Рузвельт на призыв Маршалла сначала среагировал уклончиво. Действия на Атлантическом театре военных действий требовал, как отмечал президент, в своей записке «очень высоких темпов подготовки боевых операций». Несмотря на «возражения со стороны американского и английского морского командования против начала военных действий на Европейском театре еще в 1942 году», Рузвельт считал «это необходимым». Президент четко обосновал важность открытия «регулярных военных действий по ту стороны Атлантики в 1942 году»: есть потребность «отвлечь немецкие ВВС и сухопутные войска с русского фронта», где советские армии «уничтожают больше живой силы и техники армий государств оси, чем все 25 союзных стран, вместе взятые», - писал Рузвельт. «Обстановка требует начать военные действия не в 1943 году, а в 1942 году», – заключал президент США. В недавнем меморандуме союзников (США и Англии) говорилось, что по вопросу о втором фронте достигнуто соглашение открыть его при наличии снаряжения и вооружения. И если России будет угрожать серьезная опасность, возможно, придется создать второй фронт даже в случае, если такую операцию придется назвать «операцией отчаяния». «Если мы решим, что крупное наступление должно быть только в Европе, то быстрота действий приобретает первостепенное значение», - заключал Рузвельт.