Языку иврит посвящается-
О Ханукие, пиарщиках и о моде.
Девятнадцатилетняя Поля изучала химию на Высших женских курсах в Москве. Между ней и Элиэзером Бен-Иегудой началась переписка‚ возникла взаимная симпатия; она пожелала носить ивритское имя‚ и из предложенного списка имен выбрала одно: Хемда – желанная. Так появилась Хемда Бен-Иегуда, журналист, первый модный репортер в Эрец-Исраэль и детская писательница. Хемда переводила на иврит‚ писала рассказы для юношества‚ очерки из жизни народов‚ литературную критику‚ по настоянию мужа редактировала в газете постоянную колонку для женщин: Бен–Иегуда считал‚ что женщина более других может способствовать распространению языка в семье. Хемда писала об одежде‚ прическах‚ прочих деталях дамского туалета; совместными усилиями супругов появилось в иврите слово "офна" – мода.
Сложности в моде и дамских одеяниях тех времен нашло отражение в первой же ее статье на эту тему в Эрец-Исраэль, которую в 1904 году написала для газеты «Хашкафа» (Взгляд) Хемда Бен-Иегуда. Она признавалась: «Мода еще никогда не обсуждалась в газете на иврите, и я пишу эти строки со страхом и трепетом. Не станут ли надо мной смеяться, проклинать меня, а может быть, и сторониться?»
"Женщина красива тогда, когда ей удобно" , писала Бен-Иегуда выступая против корсетов, призывала бойкотировать шляпки из перьев, чтобы не причинять боль птицам. В одной из статей Хемда употребила слово "ханукия": с тех пор оно используется при обозначении ханукального светильника."
Знаменитый писатель Ш.-Й. Агнон, лауреат Нобелевской премии в области литературы, спросил как-то Хемду: «Как получилось, что именно ваш супруг считается отцом возрождения иврита, ведь и без него на иврите в Иерусалиме говорили многие?» Ответ Хемды был весьма лаконичным: «У них не было таких удачных пиарщиков, как я»

By Sana Britavsky