Я никогда не умела проживать депрессию. Завершать эти стресс-реакции. И первую половину жизни буквально в ней жила без просвета. Никому не показывала, что мне плохо, опять же, нельзя казаться слабой, а депрессия — это слабость и вообще выдумки. Сочинила себе что-то, вон, люди похлеще страдают — инвалидами живут, без рук, ног. И не ноют. А ты от каких-то глупых обид куксишься, что за тряпка. Соберись и ебашь, делай дела. Потом подумаешь обо всем. И я каждый раз брала себя в руки и делала дела. Через сверхусилие. Не умела себя жалеть, и жалости чужой не хотела. Не дай бог кто-то увидит, что я не справляюсь. На людях была жизнерадостной, солнечным зайчиком, который для всех найдет слова поддержки, пошутит смешные шутки, утешит и поймет. Мне так самой нужно было это утешение, что я старалась давать его всем вокруг, видя, что им тоже временами плохо. Себе не давала. Ты же сильная, ты все вывезешь. Всю боль я выливала на бумагу, бумага стерпит. Я тогда много стихов писала, где-то наивных, где-то жестоких. Горьких. Их я тоже никому не показывала, это же слабость. Кажется, хочется показать. Как дань уважения всей той боли, которую я вытепрела в первую половину своей жизни. Не зная, как ее выплеснуть в мир и оставить в прошлом. Мне все еще страшно делиться таким личным. Но если не выплеснуть в мир, так и останется внутри. Я уже давно не та раненая со всех сторон девочка, пыталась казаться сильной и в итоге стала. Но мне хочется ее пожалеть. Сказать себе из прошлого, что однажды все будет хорошо. Главное, верь.