Еще один кубик-рубик собрала Эту хуйню очень сложно писать: все из прошлого забыла, так легче. Приходится перечитывать старые переписки, от которых корежит и выворачивает, снова погружаться в то время и состояние разума. Бррр. Неприятное. Ко вчерашней главе долго не могла прикоснуться, страшно было лезть в голову, но смогла. Я вам перескажу без подробностей, потому что это важное. В 20 лет я познакомилась с Кириллом, было весело и драйвово все лето ебаться за гаражами и на стадиках школ. А потом я вдруг решила, что люблю его (спойлер, я это решила, когда сех с другим челом мне не вкатил). Так обрадовалась, что поспешила обрадовать Кира, а он типа: ты че, ебнулась? Какая любовь? И я посыпалась. В СМЫСЛЕ БЛЯТЬ НЕ ЛЮБИШЬ. И совсем зависла, ибо как же меня можно не любить, ты себя видел? Я вообще-то снизошла до тебя, холоп необразованный. Долго пиздострадала, забившись в нору. Мы не виделись, тут снова встретились в компании. Его друг разводит меня на сех и попутно рассказывает: да забей на Кира, ты ему нахуй не нужна, он считает, что ты жирная, страшная, щербинка у тебя между зубами уродская, родинка — пиздец. Говорит все это, я реву, а он целоваться лезет. Меня это так ебнуло по голове. И от того, что Кирилл так говорил, и вообще-то, от того, что Кирилла я не уважала, и не считала красивым, я за другое его “любила”. Критика от человека, без которого не можешь, но которого не уважаешь — удар под дых. С тех пор у меня были только мальчики, похожие на Адониса. Мое восприятие внешки настолько покорежилось, что единственным способом поднять самооценку было найти самого красивого мужика в комнате и выебать его. Я вчера долго принимала эту мысль. А сегодня случайно посмотрела в витрину и увидела там девочку, тот самый идеал, к которому стремилась в своей голове, то есть как-то неосознанно я воссоздала образ, в который всегда была влюблена. И зеркало рассыпалось. Не витрина, а мои поиски отражения и собственной красоты в мальчиках. Это хорошие новости, потому что из-за этого все и рушилось. Я слишком многое ставила на внешность, чужая красота автоматически опускала меня под плинтус: снизу себя и вела, а это не мое классическое непринужденное поведение. С красивыми мальчиками же я вечно сливалась, не могла и пары слов связать, теряла спонтанность и голову, собой быть не могла, все вот это вот. Поднималась сегодня на эскалаторе в метро, глядела по сторонам — а там все красивые. Наконец-то я решила еще одно уравнение в собственной башке, и смогу общаться с красивыми мальчиками не потому что они красивые, а вопреки этому. Не из под плинтуса, а как человек — с людьми. И все острые влюбленности, которые меня дергали до вчерашнего вечера, резко обнулились. Сложила кубик-рубика, пойду поем. Слава тебе Господи.