Твоя мама говорит, что я конченая

В наушниках Anacondaz, я шагаю по асфальту, в голову летит воспоминание…

Мне еще нет и 20 лет, стою в слезах и в розовом платье перед мамой Кирилла, пытаюсь между всхлипами рассказать, что он украл у меня телефон, больше некому же, это всегда он. Уже вечер, транспорт не ходит, а я без телефона, как без рук, даже такси не вызвать, хоть пешком домой иди через весь город.

Его мать смотрит на меня снисходительно, будто не слышит вовсе.

— Ты Кириллу не подходишь. Ему другая девушка нужна. Где ты, а где он, — и глядит мимо, вдаль.

Спустя годы поняла, что Кириллу точно не подхожу, да и никогда не подходила — он пиздил у меня вещи, чтобы покупать пивко, а потом под пивком пиздил меня. Телефон в тот вечер вытащил тоже он, чтобы наказать меня за очередной проступок.

Ни о чем не жалею, в те годы я только узнавала, что мир не безопасное место, напоминала тургеневскую барышню, которая заблудилась в гаражах. Я не умела защищаться, огрызаться и ругаться, не курила, не пила, читала книжки и прилежно училась. С Кирилла начался запутанный путь, в котором я таки узнала, как быть сильной, агрессивной, отрастила зубы и вытащила все слова из карманов, чтобы за ними туда больше не лезть.

А вот до сих пор надменный вердикт его мамы звучат в голове. Не подхожу, значит. Вернуться бы сейчас в свои еще не 20, плюнуть бы ей в рожу. Или спасибо сказать. Может, ее слова о том, что я не подхожу ее сыну, заставили меня въебывать в десять раз интенсивнее, чтобы не подходить к нему еще больше и совсем уже никогда.

Я считаю фонари у обочины, твоя мама говорит, что я конченый…
...Ага, передавай привет.